«- Сегодня на закате мы встали лагерем на холме в пяти лигах южнее Монсалидара, на границе Лайферна, пограничного леса. Дальше начинаются владения вайдоров, и утром мы пересечем границу и войдем в Лайферн. Полагаю, за нами уже наблюдают. Такой большой отряд неизбежно привлек к себе внимание. Я сказал об этом де Фортану, но маршал только хмыкнул. Он или полностью уверен в своих орках, или…»

За пологом шатра послышался шорох. Ла Бантьен кинулся к выходу, одернул полог. Никого. Впереди, в десятке локтей от мага, пылал костер, вокруг которого расхаживали темные фигуры дозорных. Еще два костра пылали у края поляны, где были привязаны кони.

Ла Бантьен шагнул было обратно внутрь шатра, но тут внезапно ощутил на себе взгляд. Он порывисто обернулся, зашептал заклинание Обнаружения, ладонью направляя магический поток от правого к левому краю лагеря. Оранжевыми столбами полыхнули ауры орков, стороживших лошадей. Ауры самих лошадей слились в размытое красноватое свечение. Еще оранжевые вспышки, потом тепло от костра. Оранжевая аура, оранжевая, снова оранжевая… Ла Бантьен почти успокоился. На всякий случай он послал сканирующий пучок в сторону орочьих шатров. Только пятна бледного оранжевого света. А потом Ла Бантьен увидел Моргвен - Нерожденная стояла на самой границе круга света от костра и смотрела на лес. Ее аура была серо-лиловой. Серый цвет - цвет смерти.

А лиловый? Ла Бантьен не мог вспомнить, какое существо может иметь лиловую ауру.

- Что ты видишь? - спросил Протектор у существа, подойдя ближе.

- Я не вижу. Чувствую. Поток силы. - Моргвен показала пальцем на север. - Оттуда.

- Все правильно. Там Монсалидар, и мы идем туда.

- Сила там, - Моргвен издала странный шуршащий звук. Ла Бантьен мог поклясться, что раньше его Нерожденная не издавала подобного звука. - Там хозяин, и он ждет.

- Твой хозяин я. Запомни это.

- Конечно.

Опять шуршание, похожее на звук сыплющегося песка. Громкое и необъяснимое.

- Не подходи к оркам близко, - приказал Ла Бантьен прежде чем вернуться в шатер.

- Конечно…

Нет, эту тварь он уничтожит своими руками. Сразу после того, как найдет рельеф, о котором говорил Вархиш. Испепелит ее молнией или огненным шаром там же, в Колыбели Тени. И никогда больше не попытается создать нового Нерожденного. Ла Бантьен не мог понять, что же в Моргвен вызывает в нем такой темный и непонятный ужас.

Надо будет расспросить Вархиша, когда все закончится.

Ла Бантьен вернулся в шатер и допил остатки пунша, чтобы побороть озноб. Де Фортан крепко спал. Шнур в часах прогорел полностью, осыпавшись пеплом на походный столик. Снаружи опять поднялся ветер, и в шатре стало холодно.

Озноб не проходил. Ла Бантьен улегся на койку, завернулся в плед и попытался заснуть.

Что могли означать слова Моргвен: «Там хозяин, и он ждет?»

Ла Бантьен еще какое-то время размышлял над странными словами существа, но потом мысли начали сбиваться и путаться. И он уснул, так и не найдя вразумительного объяснения.

К середине ночи ветер стих, облака разошлись, на небе появилась ущербная луна. Стало тихо - очень тихо. У огромного костра перед шатрами орки-часовые из последних сил боролись с дремотой.

Моргвен продолжала стоять недалеко от палатки, в которой спал Ла Бантьен. Она не отрываясь смотрела на северо-запад, в ту сторону, откуда шел поток Силы.

Она хорошо понимала, что сейчас происходит. Потому что видела и слышала еще кое-что - то, чего никто из живых видеть и слышать не мог. Скольжение теней, парящих на бесшумных крыльях над ночной землей. Шепот тех, кто принял силу Теневой Стороны. Тех, кто невидимо присутствовал в холодной осенней ночи. Существ, подобно ей слышавших зов Колыбели, стремящихся напитаться исходящей от нее мощью. Их становилось все больше и больше, и они двигались к границе Лайферна, исчезая во мраке под кронами деревьев.