Денис отвёл глаза в сторону, на танцовщиц.

– Нет, сейчас никого. Уволился человек.

Расул хотел спросить ещё что-то, но передумал.

– Ладно… Отдыхай.

Хозяин «Посейдона», кривые ножки которого не мог скрыть даже смокинг, направился к лестнице. Денис отпил пива и стал наблюдать за публикой, продолжая сидеть на диванчике. Мимо проплыли две русалки с вызывающе длинными ногами. Несколько похожих куколок резвились с гостями. Вероятно, дамочки из модельного агентства, учреждённого Расулом. Приглашены сегодня по случаю… Одна игриво улыбнулась Денису, тот отреагировал вяло. Русалки поплыли в омут.

Подскочил фотограф с огромным «Никоном» на шее. Прицелился в Дениса. Денис хотел увернуться, но не успел. Вспышка. Цель поражена.

Задрожал мобильник, установленный на режим вибрации. Денис нажал кнопку. Звонила Юлька. Из Египта. Отметиться. Сообщила, что добрались хорошо, погода – кайф, море – парное молоко, отель – средне. Нет фена в номере. Вернётся, устроит скандал в туристической фирме.

Вчера они с дочерью улетели отдохнуть на пятнадцать суток. В смысле, дней.

«Не хлопнули б Вячеслав Евгеньевича в кругу лучших друзей, – подумал он, – а то весь праздник Кошкину под хвост».

Куликов прошествовал в банкетный зал, откуда тут же бурным потоком полились приветственные здравицы и многоэтажные комплименты. Шоумен зашёлся в радостном тарзаньем крике. Народный оркестр грянул тушь. Здравствуйте детки, папка пришёл… Денис склонился в сторону и увидел, как с Вячеславом Евгеньевичем здоровкается Литвиненко. Без поцелуев и объятий, конечно, но с благодарной улыбкой. Вспышки «Никона», диктофоны прессы… Эклектика.

Неволин встал с дивана, взял в баре ещё пива и спустился в казино. Проиграл на рулетке халявную фишку, сразился в бильярд с парнем, которого когда-то посадил за угон машины. Сейчас тот открыл свою автомастерскую и предлагал обращаться, если возникнут проблемы с джипом… Эклектика.

Вновь поднялся в зал. Сел на диванчик. Тоскливо…

…Вспомнилось его первое застолье в милицейских стенах. Тогда, в девяносто втором. Отмечали день рожденья Рыжова. Застелили письменный стол бланками протоколов, распечатали консервы с печёночным паштетом и треской в томате. Рыжий приволок домашние огурцы и какие-то пряности, Угаров снабдил водкой, бывшей в дефиците и распределявшейся по талонам. Понеслось. Пили, трепались, ржали. Сигареты из одной пачки, общая вилка на всех. Блоха забыл о своих размолвках с Угаровым. Тот вспоминал байки из спортивной жизни… Потом вместе горланили песни под расстроенную гитару… От души. Денис заночевал прямо на стульях, Рыжов позвонил Юльке и соврал, что супруг в особо секретной засаде и вернётся завтра днём, а то и вечером…

Это было по-настоящему. По крайней мере, для Дениса… И так давно.

Веселье продолжалось. Шатаясь и обнимая за талию рыбку-прилипалу, из «зоны» выполз хозяйственник Егоров, раздувшийся до размеров воздушного шара. Того и гляди, умчит в стратосферу. Оба смеялись. Егоров сделал вид, что не заметил Дениса. Парочка славировала в сторону мест общественного пользования. Приспичило…

Егоров свалил из района два года назад. На более хлебное место, в управление тылового обеспечения – организовывать строительно-ремонтные работы. Особенно хорошо это удалось на отдельно взятом участке. Дачном. Говорили, что ему поручили подготовить сухие пайки для последнего сводного отряда в Чечню. Когда в Гудермесе вскрыли присланные коробки, там вместо пайков оказались флаконы с шампунем. Кушайте, ребята…

Тогда, в девяносто восьмом, выйдя из изолятора, Денис нанёс Егорову визит вежливости.