|
Она также пропустила место, где должен быть указан способ оплаты машинного времени. Затем она сосредоточилась на том, какая, собственно, информация ей нужна. По нескольким причинам Сьюзен не знала точно, как ей сформулировать запрос. Одной из таких причин была та, что больница могла препятствовать утечке информации о случаях комы после анестезии. Программа в компьютере могла быть составлена так, что требования подобной информации либо автоматически отбрасывались, или компьютер регистрировал запросы подобного рода. Другая причина была та, что болезнь сама по себе могла классифицироваться на несколько степеней тяжести. Пролонгированная кома после анестезии могла быть только одной из них. А Сьюзен хотела получить максимальный объем информации, чтобы потом выбрать то, что посчитает важным. Но распечатка всех случаев комы за несколько последних лет оказалась бы слишком громоздкой. Так как кома сама по себе была только синдромом, а не заболеванием, Сьюзен решила ограничиться всеми случаями смерти от инфарктов, инсультов и рака за последний год и отбрасывать случаи комы у пациентов, страдавших заведомо известными хроническими заболеваниями. Но потом она подумала, что это предположение может быть ошибочно. Если она ищет новую болезнь, то нет причин, почему эта болезнь не может влиять на хронических больных. Действительно, если это была инфекция, то хронические заболевания могли усугублять ее проявления. Сьюзен изменила формулировку своего требования, запросив распечатку всех случаев комы у стационарных больных, которые бы не были впрямую связаны с заболеванием, по поводу которого такие пациенты поступили на лечение. Затем Сьюзен запросила число больных из этой группы, которым перед развитием комы делали операцию, и промежуток времени между операцией и комой. С некоторым усилием Сьюзен запрограммировала эти запросы, так как последний раз ей пришлось писать программы почти год назад, и чтобы все было правильно, ей понадобилось несколько минут. Она записала программу на бланке под красной чертой и предупреждением "Заполняется программистом". Затем Сьюзен принялась ждать, когда человеку за окошечком принесут очередную порцию запросов. К счастью, это произошло скоро. Минут через пять на этаже остановился лифт. Сквозь стекло Сьюзен увидала, что какой-то человек, лет сорока, с льняными волосами, линия которых была глубоко вырезана на висках, протиснулся через еще не полностью открывшиеся двери лифта и вприпрыжку побежал к окошечку. При этом человек нервно размахивал бланками требований. – Джордж, – позвал человек, притормаживая перед окошечком. – Ты просто обязан помочь мне. – А-а, старина Генри Шварц, – отозвался мужчина за окошком. – Мы всегда готовы помощь статистическому отделу. Несмотря на то, что оттуда все наши неприятности. Что я могу для вас сделать? Сьюзен старательно вписала "Генри Шварц" в свой запрос в графе для запрашивающего лица. А в графе для отделения – "Отдел статистики". – Мне нужна пара вещей, но больше всего – список больных, имеющих страховку в "Голубом кресте" или "Голубом щите", которых прооперировали в прошлом году, – как пулемет выпалил Шварц. – Если вы спросите, зачем, то я вам ничего не отвечу. Но это очень срочно. Еще до окончания рабочего дня. – Мы прогоним эти запросы через часок. Будет готово к семи, – ответил Джордж, скрепляя требования Шварца и бросая их в ящик. – Джордж, вы спасаете мне жизнь, – сказал Шварц, нервно заглаживая назад волосы. Он направился к лифту. – Я вернусь ровно в семь. Сьюзен увидела, как он нажал кнопку "Вниз", и вышла за ним в фойе. Он что-то бормотал себе под нос. Затем еще несколько раз нажал на кнопку вызова лифта. После того, как Шварц сел в лифт, Сьюзен стала следить за световым указателем этажей, чтобы узнать, где располагается отдел статистики. |
