Неизвестно еще, как отразится на нем эта поездка. Пару дней трястись во вшивом «воксхолле», а эти мерзавцы разъезжают на «мерседесах» и «лексусах». А еще говорят, за преступление не платят.

Он перелез на заднее сиденье и завернулся там в одеяло.

— Шеф, пока вы не вырубились…

— В чем дело? — спросил он, не открывая глаз.

— Есть еще одна вещь…

Джарвис открыл один глаз и уставился Вильямсу в затылок.

— Какая?

— Мне не дает покоя одна загвоздка, с тех пор как мы покинули Дувр…

— Слушай, Фил, кончай разводить канитель, говори прямо, что там у тебя.

— Дело в том, что их же четверо. Они могли запросто ехать в одной машине — у этих марок салоны большие и удобные. Зачем они на двух машинах?

Джарвис открыл второй глаз, размышляя.

— Ради комфорта, — сказал он наконец. — Перекрыть тысячу миль за два дня с пассажиром рядом — это не самое приятное на свете. Ну а если вчетвером — это просто кошмар. А потом, учти: еще и возвращаться тем же составом.

Вильямс покачал головой:

— Вы ездили когда-нибудь в «лексусе», шеф? Там просторнее, чем у меня в гостиной. Во всяком случае куда комфортабельнее.

Джарвис сел:

— И что ты хочешь сказать?

— Просто говорю. Наводит на размышления. Тут что-то не так.

Джарвис посмотрел на молодого детектива-констебля и затем принял прежнюю горизонтальную позицию.

— И что толку от твоих размышлений? Если придет в голову что-то полезное, расскажешь, когда проснусь.

Через несколько минут сзади раздался его беспокойный и некомфортабельный храп.

Глава 14

Вторник, 26 октября, 11.20

Джарвис проснулся и увидел перед собой крышу машины. Некоторое время он тупо смотрел на нее. Ему уже начинало казаться, что он чуть ли не родился здесь, но с тех пор, как они покинули Кале, миновало всего две ночи и около девяти сотен миль.

Так, не поднимаясь с заднего сиденья, на котором он прикорнул, Джарвис прокручивал в голове события последних двух суток. Воспоминания не радовали разнообразием: бесконечная монотонность шоссе и долгие остановки у заправок и закусочных. Причем ни на минуту не спуская глаз с «мерседеса» и «лексуса». Гадая, что случится по прибытии в Рим и для чего все это затевалось. Что за поездочка! Определенно, он не станет о ней вспоминать по возвращении домой. Внезапно он понял, что машина стоит, и, приняв сидячее положение, обнаружил, что она к тому же пуста. Солнце било сквозь стекла, однако было чертовски холодно из-за выключенной печки, и только тут он увидел, что машина находится на стоянке у шоссе. Их окружали несколько HGV. И с десяток, а может, и больше машин с английскими номерами, тоже явно двигавшихся к Риму — судя по шарфам сборной Англии и флагам, бьющимся на ветру. Зевнув, он протер глаза, пытаясь окончательно проснуться.

— А, наконец-то.

Повернувшись, он увидел Фила Вильямса. Тот приближался с подносом, на котором дымились кофе и пончики.

— Который час? — зевнул Джарвис, потягиваясь.

Вильямс поставил поднос на крышу и глотнул из стаканчика горячий кофе.

— Примерно одиннадцать двадцать, — устало пробормотал он. — Они остановились перекусить нa автозаправке в нескольких милях за нами. Стив с Нилом пасут их там, а мы перехватим потом, когда они оттуда выдвинутся.

Джарвис снова осмотрелся по сторонам. Не мешало бы сходить в туалет и ополоснуться. Поглядев на Вильямса, он сдвинул брови и нахмурился:

— Погоди, погоди… Да ты никак побрился? Где этот гребаный…?

— Здесь душевая для дальнобойщиков, — ответил тот, кивая в направлении небольшого кирпичного здания.