— Вот что я скажу тебе, Фил. Как только вернемся домой, я возьму отпуск на три недели и буду спать, спать и спать. Больше ничего. Не знаю, как это у тебя получается, столько за рулем без сна.

Вильямс издал смешок:

— Это называется молодость, шеф.

— Повезло тебе, сукиному сыну.

Вильямс показал вперед, на машину, стоявшую на обочине второстепенной дороги, и включил поворот, принимая крайнюю правую полосу.

— Лучше с глаз подальше, — распорядился Джарвис. — А то вдруг итальянцы додумаются приехать на патрульной машине. Не стоит рисковать, нас могут заметить.

Вильямс согласно кивнул и притормозил у пересечения с главной дорогой.

— Они?

В окне замаячил на обочине зеленый «фиат». Рядом курили двое в джинсах и кожаных куртках. Один высокий и щуплый, другой, напротив, коренастый. Непонятно только, из-за полноты или же он был так накачан. Что естественно, оба итальянца были чернявыми и кучерявыми.

— Даже ты смог заметить, что перед нами чистые итальяшки, Фил.

Если Вильямс и заметил сарказм, таившийся в голосе шефа, то виду не подал.

— Ну а вы думаете, откуда они взялись в этом месте? Чего бы им еще здесь делать?

Джарвис посмотрел на него с отсутствующим видом и раздраженно ответил:

— Откуда я, на хер, знаю? Подъезжай, посмотрим, кто они такие.

Вильямс подогнал машину к «фиату» и подошел к мужчинам. Как только они обменялись рукопожатиями, Джарвис вышел из машины следом.

— Шеф, — окликнул Вильямс приближающегося Джарвиса, — перед вами Фабио Казоретти и Паоло Тессони, сотрудники полиции.

Джарвис пожал им руки:

— Приветствую. Детектив-инспектор Пол Джарвис.

— Да, я в курсе, — заявил приземистый человечек на почти безукоризненном английском. — Я ждал вас.

Джарвис зябко потер руки, согреваясь: куртки на нем не было, а в воздухе между тем ощущалась осень.

— Может быть?.. — он показал на «фиат».

— О нет. Все в порядке, я поеду с вами. Паоло возвращается в Рим. Сами понимаете, на нас оказывается давление… А мы люди подневольные… предстоит игра.

Джарвис улыбнулся:

— Ну разумеется, какие могут быть разговоры… Он был сейчас сама любезность.

Фабио что-то протрещал коллеге на своем птичьем языке, взял из «фиата» портфель и направился к «воксхоллу».

— Ну вот, — сказал он, как только «фиат», взревев, скрылся на второстепенной дороге и выскочил, пристраиваясь к основному потоку, на шоссе, — теперь нам предстоит уладить несколько вещей, не так ли?

Джарвис положил руку ему на плечо (все-таки жир, а не мускулы, подумал он).

— Погодите, Фабио, — вежливо попросил он. Он чувствовал себя неловко, произнося это странное иноземное имя.

— Во-первых, нам еще предстоит выяснить, что именно происходит. Мой шеф — ну, то есть начальник, понимаете? — сказал, что мы ждем с вашей стороны конкретного ответа… имеется в виду ваше начальство. То есть какие меры примет оно в ходе данной операции. Вы же понимаете, нам это не безразлично… — Он сделал паузу и затем продолжил: — Вы собираетесь арестовать этих людей или же нет?

Фабио сверкнул на него проницательными живыми итальянскими глазами и усмехнулся:

— Что-то похолодало, не выпить ли нам кофейку? Поехали, я все расскажу по дороге.

Они забрались в машину, и Вильямс рванул по шоссе на юг.