|
» Яна вспомнила красные окровавленные куски, сыпавшиеся с потлка – сердце, почки, печень… Вот это можно отнять у человека. И наверно очень дорого продать – это ведь органы для пересадки. Значит… Значит если пришли новые убийцы и реанимационный фургон снова стал караулить в кустах случайные машины… И в этих случайных машинах кроме водителя случайно оказались Мышь, Ежик, Космос… Нет, что-то здесь не так. Яна закрыла глаза – за шторками век отчетливо падали окровавленные куски – ее передернуло и она открыла глаза. Уж лучше с открытыми глазами после вчерашнего. Нет, что-то нестыковка какая-то… Где-то должен быть ответ. Мышь, Космос, Ежик – они все ехали автостопом. А что если фургон выехал на новый рейд, но теперь не останавливает машины, а подбирает попутчиков? Яна похолодела, представив Мышь, которую затаскивают ночью в реанимационный фургон… А разве Яна не рассказывала ей про этот случай, не описывала фургон? Нет, не могла – это же было после отъезда. Но кому-то она рассказывала. Витьке? Нет, Витьке не рассказывала. А кому? Ах да, когда сидели со Славиком и ели картошку. А с чего это она вдруг за едой начала этот разговор? Яна вспомнила во всех подробностях тот день – до этого она вспоминала его только начиная с момента гибели Славика, все остальное казалось ерундой. Значит разговор, разговор… был о странном в автостопе! Началось с того, то Моррис из Свердловска рассказал как зеленая легковушка не взяла его, когда водитель увидел что он не один, а с Белкой. А Славик в ответ сказал, что однажды его вез какой-то мужик, всю дорогу расспрашивал о здоровье, а как узнал что со здоровьем плохо и вообще наркоман – высадил и уехал обратно! И вот тогда Яна рассказала про фургон. Что там еще было, какая-то важная деталь?.. Яна сжала виски и напрягла память. Да! Оба случая были опять по Ярославскому направлению! И обе легковушки были зеленые! Да, Славик сказал про зеленые «Жигули»… Яна откинулась на матрас и закрыла глаза. И ведь никому не расскажешь – не поверят. И в милицию не заявишь… Только если поймать с поличным и сдать… Эх, нарвались бы они на меня, как тогда с Артемом! Яна вскочила. Теперь она твердо знала что ей делать дальше.
* * *
Яна взглянула на часы – девять вечера. Хватит на сегодня, доехать бы сейчас до Москвы, выпить горячего чаю, залезть в ванну… Нет, сначала поесть. Кажется остался хлеб и немного воды во фляжке. Хорошо хоть жара к вечеру спала. Яна присела на обочину и стала рыться в рюкзачке. Наклонившись над рюкзаком, краем глаза Яна увидела впереди зеленое пятнышко. Так и есть – по шоссе неслась очередная зеленая легковушка. «Да фиг с ней. – решила Яна, – Мало ли их тут ездит? Одной будет меньше в моей коллекции, пора домой.» Вдруг она заметила, что легковушка заметно сбавляет скорость. Сердце ее забилось чаще – значит там, в легковушке ее рассматривали и специально притормозили. Праздное любопытство? Яна машинально прижала к телу левый локоть, ощутив жесткий контур пистолета. Это был тот самый пистолет, который достался Яне после битвы в Балашихе и долго хранился в тайнике на чердаке дома Мыши. Потайной карман для него в куртке Яна сшила сама. Она захлопнула рюкзак, подтянула тесемки, и выпрямилась, вытянув руку в европейском жесте автостопа – сжатый кулак и оттопыренный кверху большой палец. Голосовала она теперь только так, потому что решила, что этот незнакомый в СССР жест могут не понять обычные водители, и это избавит Яну от лишних проездов, а вот охотники за автостопщиками его должны знать непременно. Машина притормозила. За рулем сидел немолодой человек с пышными усами и окладистой бородой. – Добрый вечер. Вы меня не подезете? – наклонилась Яна к окошку. – Далеко ли? – спросил бородач. |
