Но всё это случилось чуть позже, а в день, когда завершился Пленум, Александра пригласили в резиденцию Сталина в Кунцево, где за столом присутствовали сам Сталин, Говоров, Булганин и Берия.

О делах разговоров не вели, потихоньку кушая горячее мясо, под красное вино, и любуясь женщинами которые сидели отдельно от мужчин, за столом с шампанским, сладостями и фруктами.

- Скажи, - Берия неожиданно отложил шампур с мясом, и внимательно посмотрел на Александра. – Если бы знал о том, что тебя снимут с работы и сошлют куда-нибудь в Сибирь, ты бы всё равно прочитал свой доклад?

- Да. – Александр кивнул. – Я же ни за благами, ни за почестями не бегаю. Для жизни мне хватит и пары комнат, а денег достаточно на две, а то и три жизни. Ну и Сибирь большая. И там люди живут. Зато может кто-то бы и задумался. Любое общество, живо пока есть обмен между слоями. Как только свежая кровь перестанет поступать наверх, в голову, организм под названием государство умрёт. Поэтому чем динамичнее общество, чем оно более мобильно, тем оно лучше готово встретить любые изменения. Мы же не знаем, что нам будет нужно завтра? Сегодня в цене конструкторы и инженеры, а завтра возможно сорвиголовы и отморозки, а послезавтра – пилоты и штурманы. И чем выше занимаемый пост, тем более плотный контроль.

- А ты не обиделся что мы тебя так сыграли? – Спросил Сталин.

- Нет. – Александр мотнул головой. – Да и невеликая птица, чтобы ставить в известность о таких комбинациях. Тем более, что наверняка, половина её если не больше это импровизация.

- Смотри, Лаврентий. Под ним огромное министерство, по значимости как наш Минсред, а он – «невелика птица».

- Это медведю хорошо. – Мечников негромко рассмеялся. - Он же не человек. Вот и уверен, что он большой и страшный. Пока не встретит человека с ружьём. А я человек. Мне положено думать. Вот я и думаю, что какой бы я ни был большой и страшный – всегда найдётся тот, кто больше и страшнее, или с ружьём.

Берия громко рассмеялся.

- Но ты молодец. Держался хорошо. Понимаешь, в пиковой ситуации человек машинально ищет поддержку, оглядывается… Ты ничего такого не делал. Вёл себя так словно за тобой никого нет. Вот и купились эти… набичвари[6]. Коба хорошо придумал, с этим перерывом. Они собрались и договорились как тебя валить будут. Аккуратно, но без вариантов. Но всё равно они тебя боялись, как огня. Потому и аккуратно. И взрослые люди, но совсем деньги им головы забили.

- Зато мы сейчас под это дело такую смену кадров сделаем… - Булганин щёлкнул пальцами и покачал головой. – Это будет просто букет, а не смена. Молодых поставим. Молодых, резвых и резких.

- Ну как молодых. – Берия хохотнул. Кому по тридцать кому больше. Но в нашем деле молодые. Кстати. – Он улыбнулся. Мы тут с Кобой заспорили. Нужны нам вообще идеологические организации? Партия, комсомол, пионерия. Как считаешь?

Александр задумался.

- Два соображения. Есть люди, которые могут обучаться. Не важно насколько легко. Ты ему сказал, что бросать мусор — это лишняя нагрузка на дворника, который и так не отдыхает, и он не бросает. Есть люди которых обучить невозможно и нужно воспитывать. Бросать мусор - плохой поступок. Складывать мусор в урну – хороший. Не делай плохо, а делай хорошо, и будешь хорошим человеком. Есть те, кого невозможно обучить, и очень трудно воспитать. Таких нужно дрессировать. Бросил мусор – получи палкой. Кинул в урну – возьми пряник. Для обучаемых есть школа и институт. Из них вырастет настоящая элита общества вне зависимости от занимаемой должности.