— Разве?

— Брасид, я скоро снова пойду на дежурство. Пойдем в мою комнату? Прямо сейчас.

Лейтенант поглядел на своего друга. Хорошенький юноша, намного симпатичнее других…

Но он не был, не мог быть таким, как… аркадцы.

«О чем я думаю? Почему я так думаю?»

— Не сегодня, Ахрон.

— Что с тобой происходит, Брасид? Ты никогда таким не был, — затем, с неожиданной горечью, произнес: — Это ведь не один из тех, что прилетели на корабле, правда? Это невозможно. Не какой-нибудь здоровенный волосатый тип. И уж, конечно, не один из этих жутких нелюдей, которых они привезли с собой! — Ахрон рассмеялся над абсурдностью подобного предположения.

— Нет, это не человек с корабля, — твердо сказал Брасид.

— Тогда все в порядке.

— Да, все в порядке. Просто завтра у меня трудный день.

— Бедняжка. Похоже, из-за этого нелепого варварского корыта тебя завалили работой.

— Так оно и есть.

— Но ты ведь пойдешь со мной в ясли?

— Да, пойду.

— О, спасибо! Подожди меня здесь, пока я переоденусь. Вина еще много.

Вина действительно оставалось много, но у Брасида не было настроения пить. Он сидел молча, наблюдая за танцующими, вслушиваясь в медленный, чувственный ритм музыки. А как танцуют на Аркадии? Интересно, как они выглядят — обнаженные, свет играет на их гладкой, золотистой коже? И почему при одной только мысли его с такой остротой охватывает чувственное возбуждение?

Вернулся Ахрон, облаченный в белую рабочую тунику. Брасид поднялся со скамьи и вышел вместе с другом на вечернюю улицу. Сначала они шли молча — но это не было привычное роднящее молчание, которое возможно лишь у близких людей. Наконец, Брасид нарушил тишину.

— Как ты думаешь, почему няни не живут в яслях? — спросил он как можно небрежнее. — Как мы живем в казармах.

— Тогда у нас не было бы этих прогулок, Брасид.

— Ты мог бы навещать меня.

— Но мне совсем не нравятся твои казармы. И клуб у вас ужасный.

— Ну да, еду у нас могли бы готовить и получше. А кто живет в яслях?

— Все врачи, конечно. И еще некоторые инженеры, которые следят за работой оборудования.

— Ни одного илота?

— Нет, конечно, нет, — похоже, эта мысль поразила Ахрона. — Даже мы… но, Брасид, в конце концов, мы просто илоты… Мы не живем в яслях. Но ты и сам это знаешь. Почему ты об этом спрашиваешь?

На этот вопрос было трудновато ответить.

— Ходят слухи… — начал Брасид неуверенно.

— Какие слухи?

— Ну… здание ведь очень большое. Конечно, оборудование занимает много места. Машина рождений тоже… Но все равно там должно быть множество свободных помещений. Ты не думаешь, что врачи и инженеры могли бы… держать там своих друзей?

На этот раз смутился Ахрон.

— Может, ты и прав, Брасид. Так много правил, которые не позволяют выходить за пределы рабочего места. Теперь, когда ты заговорил об этом, я и сам думаю, что в яслях всегда царит атмосфера… секретности.

— Ты никогда не замечал ничего странного?

— Нет, никогда.

— А у врачей и техников есть друзья среди нянек?

— Они на нас даже не смотрят, — голос Ахрона задрожал от обиды. — Они такие важные, такие влиятельные. Держись своих — вот как они считают. Я слышал, у них комнаты, которым мог бы позавидовать сам царь.