|
Однако в более высоких слоях атмосферы над ущельем часто возникают резкие порывы.
— Даже на высоте всего-навсего ста метров?
— Да.
«Кому еще знать этот треклятый мир, как не тебе, — подумал Граймс. Любое твое слово перевесит сотню, если я попытаюсь поднять шум».
— Что касается вашего дальнейшего пребывания на Иблисе, — продолжал Клавериг, — ваши люди будут проживать в моем отеле бесплатно, как и вы, коммодор. Увы, я бессилен сделать так, чтобы вы не винили меня в том, что произошло.
«Ты очень близок к истине», — подумал Граймс.
— Обговорим детали по моему возвращению. «Именно этим мы и займемся».
— Тогда… до встречи.
— До встречи, капитан Клаверинг, — ответил Граймс, стараясь придать словам легкий угрожающий оттенок. Если капитан Клаверинг почувствует беспокойство, то, возможно, начнет допускать ошибки.
«Эх, черт побери, как жаль, что я — не полицейский».
— Пожалуйста, позвоните в отель и узнайте, проснулся ли коммандер Вильямс, — обратился он к дежурному офицеру.
Похоже, что коммандер Вильямс еще спал. Когда проснется и узнает, что тут произошло, думал Граймс, можно представить себе его чувства. Вильямс любил свое крошечное суденышко с такой нежностью, с какой редкий мужчина любит женщину.
Глава 19
Вильямс появился только к полудню. Услышав о том, что случилось с его кораблем, он мгновенно переключился из сонного полутранса в состояние боевой готовности. Наскоро одевшись, он тут же бросился в космопорт, чтобы собственными глазами оценить обстановку.
Граймс остался один в просторной гостиной «Объятий Люцифера». После того как отбыл злополучный круизный лайнер, в отеле стало почти пусто.
В гостиной появилась Салли Клаверинг и присела напротив, к маленькому столику, сервированному для кофе.
— Я слышала о том, что случилось, коммодор.
— И, вероятно, слышали, что именно, — буркнул Граймс. Настроение было отвратительным. — Всего-навсего авария.
— Но Йен — превосходный пилот.
Граймс слегка смягчился. Ему всегда было трудно грубить по-настоящему привлекательным женщинам.
— Даже у лучших из нас могут наступить черные времена. Рано или поздно… на то он и несчастный случай.
— Вы думаете, что это несчастный случай? — переспросила она.
— Гхм, — неопределенно отозвался он.
— Мне страшно, коммодор. Я чувствую… это больше, чем просто предчувствие: у Йена какие-то неприятности. За последний год он… изменился. Я несколько раз пыталась его расспросить, а он в ответ только смеется.
— Финансовые проблемы? — предположил Граймс. Она усмехнулась.
— Думаю, это последнее, что может случиться. Вы ведь знаете, я была казначеем на «Салли Энн» — так и продолжаю заниматься тем же самым. Веду бухгалтерию отеля… и всего остального тоже. Не хочу хвастаться, но все действительно отлично.
— Тогда налоги?
— Нет. На самом деле, коммодор, мы исправно платим государству. Иблис относится к Мирам Приграничья, а значит, юридически является частью Конфедерации. Но мы, экипаж «Салли Энн», стали не просто первыми поселенцами, а постоянными жителями этой планеты. Как определил адвокат наше положение? «Вы принадлежите Конфедерации, но в нее не входите». Рано или поздно Высший Совет Конфедерации вынесет на рассмотрение закон, где четко обозначит наш статус. А пока мы платим налоги, а также пошлины на все, что ввозим. |