|
Он мне и доложил, что среди бумаг есть полный псионический код военного флота герцогства Вальдегрен. Полагаю, нужно быть полным идиотом, чтобы не воспользоваться таким подарком. Понятно, что я снял копию. Вот такие дела. Герр капитан фон Лейдниц наивно полагает, что может болтать со своим начальством сколько душе угодно, и никто об этом не узнает, — Крейвен осклабился и стал похож на волка. — Судя по всему, на Дартуре у них база. Небольшая — вряд ли там есть что-то кроме ремонтных доков… разве что несколько лазерных батарей, надо же чем-то обороняться. Могу себе представить, что за публика сбежится на наше шоу — во главе с каким-нибудь захудалым коммандером. Краса и гордость Вальдегрена, созвездие талантов… Пока мы не добрались, надо состряпать какую-нибудь убедительную историю — достаточно убедительную, чтобы они позволили нам повисеть на орбите, пока на сцене не появится «Адлер». В конце концов, у нас есть их код. В чем нас можно заподозрить?
— А почему бы нам самим не стать «Адлером»? — неожиданно предложил Граймс. — Что вы имеете в виду, мичман? — Сравните силуэты вальдегренского фрегата и «Эпсилона». Их почти не отличить. А если еще кое-что поправить… приварить панели, что-то замаскировать… В конце концов, «Адлер» побывал в бою и получил повреждения… — Сложно, — задумчиво пробормотал капитан. — Слишком сложно. Два «Адлера», и оба ведут переговоры с Дартурой и Вальдегреном, причем с использованием кода… У вас нестандартное мышление, мой юный друг, но, боюсь, здесь вы перемудрили. — Позвольте мне сказать, сэр. Я просто размышляю вслух. Корабль, идущий на Манншенне, может стать на орбиту планеты. Но это не рекомендуется. Повторяю, не рекомендуется. — Согласен, черт подери. — Но мы уже наступаем «Адлеру» на пятки? Ведь так? Тогда мы можем позволить себе маленькую задержку, чтобы устроить небольшой маскарад, о котором я говорил. Черт возьми, в конце концов, сорок световых лет — это не так мало. — Но что мы с этого получим, мистер Граймс? — Мы их ошеломим, сэр. Позвольте, я объясню. Мы маскируемся под фрегат — так хорошо, как можем. Одновременно выясняем из принятых и декодированных сигналов расчетное время подхода «Адлера» и координаты его точки выхода в нормальный континуум. Перемещаемся примерно в это место — и, главное, рассчитываем время. А когда планетарные батареи и корабли охраны увидят, как два «Адлера» палят друг в друга и взывают о помощи, они не будут знать, по кому из них вести огонь. — Граймс, — тихо проговорил капитан Крейвен. — Я бы в жизни не подумал, что в Вас есть такое. Все, что могу сказать: я рад, что Вы на нашей стороне. — Я? Граймс был потрясен. Он посмотрел на капитана, который, в общем-то, был немногим лучше пирата. И он, мичман Граймс, стал его сообщником… Он перевел взгляд на девушку, благодаря которой здесь оказался. — Я? Проклятие, на чьей же я все-таки стороне? — Вам лучше пойти вниз, — мягко сказал Крейвен. — Идите вниз и поспите немного. Вы это заслужили. — Джереми, — сказала Джейн Пентекост. — Присмотришь за лавочкой полчасика? Я пойду с Джоном. — Как хочешь, дорогая, как хочешь. Его больно задела уверенность, которая звучала в голосе капитана. Это ничего не изменит. Это не может ничего изменить. Иди, Джейн. Брось славному песику славную косточку. Мы можем себе это позволить. — Спасибо, не надо, — ответил Граймс и вышел из рубки. Он не мог ненавидеть этих людей. |
