А что бы вы сделали, если бы разбогатели?
— Кто — я? Не знаю, может, накупил бы запасных обойм для пистолета, сменил бы свою “Омегу” на “Ролею”, купил бы новый костюм, а то этот продырявлен пулей… и тому подобное.
— А почему вы сегодня целый вечер не расстаетесь с книгой Шекспира?
— Хочу произвести на вас впечатление уровнем своего культурного развития. Ну и чтобы пистолет был постоянно под рукой. Он — там, в книге.
— Вы просто шутите! — воскликнула Шейла.
— Никогда! Меня называют “старым занудным Хэнком”. Я никогда не шучу.
— Не может быть. Инспектор Фушар сказал, что вы — наемник. Это правда?
— Смотря что иметь в виду под этим словом, — вздохнул капитан и закурил.
— Вы меня удивляете — у вас такой вид, будто вы целиком довольны собой. Неужели это действительно так?
— Нет не так, но и слишком быть недовольным собой у меня тоже нет причин. Вы взаправду хотите знать, что я делал бы, если бы не нуждался в деньгах? Я доволен “Омегой”, у меня столько запасных обойм к браунингу, сколько нужно, и я не люблю носить костюмы. Говоря серьезно, есть одна девушка, на которой, возможно, я женюсь. Я купил бы небольшой дом в Джорджии или в Нью-Мексико, ходил бы на охоту, ловил рыбу, или даже писал книгу… Из жизни наемника — слава Богу, материала хватит. Жил бы себе спокойно и наблюдал со стороны за всей этой политической грызней между идиотами, наделенными властью, которые когда-нибудь доиграются и взорвут мир к чертовой матери. Придется мне тогда сидеть возле своего домика и наблюдать ядерные закаты и атомные восходы.
— А я хочу только одного — чтобы вернулся мой отец, — тихо произнесла девушка. — Я сведу вас с его коллегами, но будет ли из этого толк?
— Я думаю, что нужно собрать выкуп, передать его похитителям, проследить их путь, вычислить бандитов и попытаться обезвредить их до того, как они расправятся с вашим отцом. Но это мой всего лишь предварительный план, если представится какой-нибудь более реальный способ его спасения, я с радостью ухвачусь за него.
— Не очень-то вы оптимистически настроены.
— Я думал, вам нужна правда, а не оптимистическая ложь.
— Отвезите меня в гостиницу, — взглянула Шейла на часы. — Сегодня был такой напряженный день, я устала. Да и завтра придется подниматься рано утром.
— Боже, они, наверное, пошутили, — пробормотал Фрост, увидев счет, и вытащил кредитную карточку, мысленно поблагодарив своего шефа за великодушие.
Девушка взяла его под руку, и они вышли из ресторана. Такси не было видно, и они медленно зашагали по тротуару. Через несколько минут им пришлось пересечь небольшой парк, который показался Хэнку особенно темным из-за низких дождевых туч и неработающих уличных фонарей. Им овладело беспокойное чувство грозящей опасности.
— Вы ничего не слышали? — встрепенулся он, обращаясь к Шейле и сжимая томик Шекспира.
— Нет. А что случилось, Хэнк? И в эту секунду он ясно расслышал топот торопливо бегущих ног по тротуару. Оттолкнув девушку в сторону, капитан выхватил из книги пистолет и развернулся, приготовившись обороняться. Из темноты, окутывающей парк, на него бежали трое. Он вскинул оружие и нажал на спусковой крючок. Пистолет выплюнул одну пулю и заел. Бешено передергивая затворную раму, Фрост успел заметить, что один из нападающих все-таки схватился за живот, согнулся пополам и упал на землю, но двое набросились на него.
Он успел встретить первого ударом в лицо, выполненным без особых выкрутасов, но второй все-таки достал его в челюсть и они покатились по тротуару, колотя друг друга по чем попало. |