— А мы составим фотороботы и разошлем по всей стране. Вы лица хорошо запомнили?

— Еще бы.

— Тогда пишите.

— А что писать-то? У меня, вообще-то, с этим проблемы. В школе за сочинение выше тройки с минусом не получал.

— Про митинг можно не упоминать, — задумавшись на мгновение, сказала Клавдия. — Начните с того самого момента, когда в вашу дверь позвонили…

— Не позвонили, а постучали. Громко.

— Пишите-пишите… Укажите точное время. Не забудьте про милицейскую форму и удостоверения.

— А куда и чем били, тоже указывать? — Подколзин старательно водил шариковой ручкой по бумаге.

— Обязательно.

— А про то, что один из них шепелявил?

— Шепелявил?.. — Дежкина тотчас отчетливо вспомнила голос парня из старенького «Жигуленка», который сидел слева от нее. — Тот тоже шепелявил. Похоже, что мои похитители и ваши налетчики — одни и те же люди.

— Вот и чудненько! — оживился Михаил. — Давайте заведем дело о вашем вероломном похищении, а я пойду домой.

— Нельзя, — покачала головой Клавдия.

— Это еще почему?

— Следователь не имеет права заводить уголовное дело, по которому он сам проходит как потерпевший или даже свидетель.

— Так попросите кого-нибудь из своих коллег.

— Мне не хотелось бы посвящать в свои проблемы посторонних.

— Неужели никому не доверяете? — Михаил понизил голос да шепота.

— Дело не в этом… — не очень уверенно ответила Клавдия.

— Даже этому своему? — Подколзин кивнул на чубаристовский стол. — Сами же говорили, что ближе него…

— Витя слишком загружен, он просто не потянет еще одно дело. И потом, я не об этом.

— Понятненько, — вздохнул оператор. — Значит, мне одному придется отдуваться за нас двоих. Эх, где наша не пропадала? — И он, что-то тихо бормоча себе под нос, застрочил с невероятной быстротой. Видно, его наконец посетило писательское вдохновение.

— Клавочка Васильевна! — В дверном проеме появилась Лина Волконская. Ее взгляд стремительно пробежал по кабинету и замер на пустующем кресле Чубаристова. — А я к вам. Можно?

Бедная Лина. Каждый раз она придумывает что-нибудь, лишь бы скрыть настоящую причину своего появления и прокуратуре.

— Чайку? — подмигнула ей Дежкина.

— Конечно, кто же от вашего чая откажется?

— Познакомься, это товарищ Подколзин, талантливый телевизионный оператор.

— Очень приятно, — Лина сделала что-то вроде реверанса, но руки не протянула.

— Так уж и талантливый… — Михаил с интересом рассматривал медэксперта. — Кстати, мы с нами не знакомы?

— Нет-нет… — ответила Лина.

По правде сказать, она испытывала разочарование, смешанное с неловкостью, и в любой момент готова была по-девчоночьи расплакаться. Вместо Витеньки Чубаристова ей подсовывают какого-то смазливого оператора, и он еще имеет наглость заигрывать с ней.

— И никогда прежде не встречались? — Казалось, еще немного, и ослепительная улыбка навсегда останется на лице Подколзина.

— Не отвлекайтесь, Мишенька, не отвлекайтесь, — Клавдия сильно сжала ладонью его плечо.

— Однозначно, мы где-то встречались! — не успокаивался Подколзин.