|
Но телефон они не отключали, поскольку большинство родственников Алекса уже перешагнули шестидесятилетний рубеж, и особым здоровьем похвастаться не могли. У его жены, Ольги, родственников не было, но телефон стоял с ее стороны, и трубку всегда брала она. Почему так повелось, Алекс и сам уже не помнил. Надо сказать, что он жил по смещенному графику. Они с женой просыпались обычно не раньше десяти. Потом, около часа, уходило на «личную жизнь». Далее, как обычно приведение себя в порядок, душ, завтрак, транспорт. Около 13 часов Алекс появлялся на работе. И начинались трудовые будни. В 21 час будни заканчивались, и Алекс ехал домой. На дорогу он всегда затрачивал чуть меньше часа. Около 22 он приходил домой, ужинал, и смотрел новости. Если в программе был интересный фильм — смотрел и его. Потом он читал. А потом спал. Раньше чем в два часа уснуть, никогда не получалось. Восьмичасовой сон — тот минимум, который был необходим Алексу на восстановление сил для нормального самочувствия, работы и личной жизни. Такова была схема. Такой ритм устоялся много лет назад, и Алекс не видел особых причин отступать от него. Но иногда происходили сбои и более-менее значимые изменения. Иногда кто-нибудь звонил, но обычно по ошибке. Схему могли нарушить только какие-то неплановые события, неожиданные происшествия, экстренные дела, не терпящие переноса времени и как говорят юристы, форс-мажорные обстоятельства. Все немногочисленные родственники, знакомые и сослуживцы Алекса прекрасно знали эту особенность его жизни и старались не нарушать схему. К тому же разбуженный раньше своего времени он в первые минуты не очень хорошо соображал и плохо владел эмоциями.
— Уже не сплю. Ты чего так рано? Чего-нибудь случилось?
— Я компьютеры сегодня заберу. Через час можно?
— Чего? Имей совесть! Я только глаза продрал. Заметь — из-за тебя. Мне еще в себя прийти надо, пожрать, до работы добраться…
— Я за тобой заеду.
— Тогда, через два часа.
— Через полтора я у тебя буду. Пока.
— Э, погоди… Вырубился! Оль — Зайцев звонил.
— Чего… ему… надо? Я спать хочу.
— Вчера мне работёнку подкинул, я тебе говорил, а сегодня уже забирает. Я даже не успел ему сказать, что не сделал еще ничего.
— А он и не спрашивал.
— Не спрашивал. Непохоже на него — вздернутый какой-то. Разбудил нас. Ладно, я встаю, а ты пока спи.
Ольга, жена Алекса, разделяла график мужа. Работа ее не требовала такого уж постоянного присутствия на рабочем месте, что давало возможность заниматься многочисленными домашними делами и управлять тем загадочным механизмом, который мы называем бытом.
Вопреки ожиданиям, Алекс был готов уже через час. «Можно было и не оттягивать время, — подумал он, — успел бы. Интересно, чего вдруг Лёха так задергался?».
Ровно в назначенное время забулькал домофон. Звук у него был странный, как будто кто-то сунул трубку в воду и гудел туда. Сначала, как только его поставили, незнакомый звук заставлял вздрагивать, тем более, что пользовались домофоном нечасто. Но потом они с Ольгой привыкли, и даже радовались, что сигнал отличается от телефонного звонка.
— Да! — как по телефону, сказал Алекс.
— Саш, я уже тут.
— Хорошо, спускаюсь.
Трубку домофона никак не удавалось правильно прицепить на место.
— Оль, я ухожу. Пока!
— У-м-м-м… — невнятно промычала жена.
— Давай, вставай, пора уже.
Запирая дверь, Алекс думал только о том, что теперь весь день будет зевать и вообще станет сонной мухой. «Надо будет пораньше свалить с работы» — решил он. Напротив подъезда стоял Лешкин темно-вишневый «Nissan», и Алекс уселся рядом с водительским сидением. |