Только сильно никак приложиться не могу, тяжелые перчатки не дают такой возможности, а противник не никак подставляется. Придется использовать приемы из арсенала моего первого соперника, что я и делаю раз за разом.

И тут мне хорошо повезло, я кинул так же из-за спины левую руку, она крепко приложилась по правой стороне головы соперника. Тот немного поплыл, и я успел еще два раза так же тяжело попасть по нему, после чего парень взял колено.

— Ур-ра! Сработала моя тактика! Добил все-таки до нокдауна! — радуюсь я про себя, потому что с таким напором уже начал выдыхаться.

После того, как ему отсчитали, он ловко поднялся, я понял, что противник не очень сильно потрясен. Впрочем, тут и гонг прозвенел, заканчивая первый раунд, мы разошлись по своим углам.

— Первый я явно выиграл. Вот что дальше делать? — спрашиваю я себя, глядя, как тренер соперника размахивает над ним полотенцем и что-то очень яростно прямо кричит на ухо.

Очень уж он не готов мириться с поражением, наверняка знает, что я не вытяну в таком темпе не только три, но и полтора раунда. Смотрел ведь все бои потенциальных соперников и видел точно, как я сдох в полуфинале.

Еще и на меня так сурово и злобно таращится, что аж мурашки по спине бегут. Типа, я твою подлую тактику понимаю и очень не одобряю.

Но и мне делать ничего, нужно побеждать, раз уж нокдаун отсчитали парню. Не случилось бы его, так я бы и не надеялся победить, а тут никто не поймет, если после такого достижения я бой солью.

Поэтому я молодцевато выпрыгиваю на середину ринга, как будто явно побеждаю, и сразу же бросаюсь в атаку. Но нет, соперник вполне оправился и готов меня встречать, хотя уже и не так точно. Поэтому я снова наваливаюсь на него, изображая удары. Делаю я это несколько раз, а потом снова кидаю руку из-за спины самым коварным образом.

Нокдаун все же так просто не пройдет, это минут десять нужно в себя приходить, хоть на десять процентов, да снизит работоспособность соперника. Но мне и этого будет много, того, что у него в загашнике осталось, поэтому не даю ему боксировать. И опять кидаю, и кидаю руку с размаху, надеясь на еще одно точное попадание.

Тренер парня просто визжит уже ультразвуком, требуя выдать мне предупреждение и просто снять с боя.

Понимает, что я нивелирую достоинства его подопечного, просто устраиваю толкотню на ринге. Но сам теперь не все время вишу, ловлю моменты и втыкаю удары, потом пару раз делаю вид, что отрываюсь и тут же атакую. Наверно, что есть желание у рефери, подстегиваемое криками неистовствующего тренера, объявить мне хотя бы замечание.

Но тут тренер сам себе навредил, сквозь шум и маету боя даже до меня донеслась матерная тирада потерявшего всякое представление о том, где он сейчас находится, дядьки. Сказал он ее кому-то из своих соседей, но по залу точно все хорошо слышно разнеслось.

Да, похоже, что он уже это первое место себе в карман давно положил, еще после полуфинала, вот и бесится так неистово.

Зато рефери, услышав матерщину, остановил бой, и секунд двадцать выгонял упирающегося изо всех сил тренера с помоста. Тут и гонг внезапно звякнул, не готов оказался парень за ним к таким чудесам, как внеплановая остановка поединка, явно, что не готов оказался.

Ох, как запрыгал уже среди зрителей тренер соперника, закричал на подавшего сигнал об окончании поединка, и опять с матами-перематами. Понимает хорошо, что все эти остановки на меня работают.

Вот и отлично! И выгнали неистового тренера-секунданта, и мне лишние секунды отдыха пришли вместо напряженного поединка. Я уже снова сдох конкретно и сильно опасался, что наполучаю в этой последней четверти раунда.

И из примерно равного с небольшим перевесом в мою сторону отдам его сопернику.

Не скажу, что лишние полминуты мне так уж помогли, но в третий раунд я вступил снова доминатором, так же сковываю парня и машу слева, больше сил нет ни на что.