«Эта женщина легко не сдается — значит, у меня есть надежда».

Наверх они поднимались медленно, несмотря на постоянные понукания Дрейфитта. Принцесса лишь краем уха слушала его, не в силах забыть Темного Коня.

Живая Тьма. Черный Призрак. Пропасть, грозящая поглотить все, что окажется поблизости. Больше, чем демон, — но не демон.

Так говорилось в легендах, и все эти слова подходили к необычайному существу. Но в бессмертном вороном жеребце по имени Темный Конь было и нечто гораздо большее. Он оказался несравненно более величественным и ужасным, чем говорили легенды.

Немудрено, что те, кому посчастливилось встретиться с Темным Конем, испытывали благоговение и страх перед ним. Он казался принцессе олицетворением самой вечности. Его холодные голубые глаза, лишенные зрачков, проникали в самые глубины ее души.

Эрини вспомнила его слова, которые обожгли ее сердце стыдом. Она побоялась рассердить Меликарда и поэтому оставила Темного Коня томиться в клетке. Это было вопреки всем ее убеждениям. Она мечтала о замужестве, основанном на любви и доверии; как же она сможет построить свой брак на страданиях других?

Дрейфитт о чем-то спросил ее, но она не расслышала его слов.

— Извините, мастер Дрейфитт, что вы сказали? Старик вздохнул. Он выглядел еще хуже, чем в первую их встречу.

— Я спросил, Ваше Величество, насколько вы доверяете своим фрейлинам и личной охране.

— Полностью доверяю. Почему вы об этом спрашиваете?

— Просто так, миледи, — с непроницаемым лицом ответил колдун. — Я рад, что есть люди, на которых вы можете положиться.

В молчании они продолжали взбираться по бесконечным ступеням. Наконец показалась дверь в сад.

«Я не могу бросить его! — взволнованно подумала принцесса; вид двери вновь напомнил ей, как она обошлась с существом из легенд, запертым в темном подвале. — Я должна помочь ему, даже если это… даже если…»

— Я все думаю, — начал Дрейфитт, — почему Кворин убрал стражу от дверей? Стража, в общем-то, ни к чему, но раньше он говорил совсем по-другому. Если бы он не снял стражников, вы не смогли бы попасть в подвал.

Эрини не знала, почему советник снял стражу, да это ее сейчас и не заботило. Она думала лишь об одном. Неизвестно, удастся ли то, что она задумала, но нужно хотя бы попробовать.

На следующей ступеньке она споткнулась.

— Принцесса! — Дрейфитт рванулся к ней и сам едва не потерял равновесие. Эрини падала спиной к нему, колдун не мог видеть ее лицо и руки и думал только о том, как удержать принцессу, не дать ей скатиться по лестнице. И в этот миг Эрини совершила заклинание, составленное наспех.

Старый колдун уже объяснял, что движения рук не обязательны: они совершаются больше для того, чтобы освежить память, но принцесса не настолько верила в свои силы, чтобы рискнуть обойтись без них. Ее пальцы сплелись в инстинктивном жесте. Она не знала, удалось ли ей задуманное. Дрейфитт уже склонился над ней, помогая подняться, и Эрини не осмелилась на вторую попытку. Она не поняла, заметил ли он что-нибудь. В единственном уроке, который колдун преподал принцессе, он учил скрывать свои мысли и чувства, но теория и практика не одно и то же для колдуна — как и для правителя.

— Принцесса, вы не ушиблись?

Она слабо кивнула, притворяясь напуганной:

— Да… я оступилась. Благодарю вас. Колдун помог ей подняться на ноги.

— Это чуть было не кончилось печально — вы могли пролететь по всем ступенькам. Давайте поскорей уйдем отсюда.

Дрейфитт открыл дверь и помог Эрини выйти наружу. Солнце уже садилось, сад был полон длинных причудливых теней — «но Темный Конь черней», — вдруг подумала принцесса и сама удивилась.