Loading...
Изменить размер шрифта - +

    – Зачем ты это сделал, трухлявое топорище? - его голос звучал теперь почти ласково.

    – Что? - Рорта в деланном недоумении приподнял брови.

    – Ну, вернул меня сюда… и пришел сам… Для чего?

    Глаза призрака хитро сверкнули.

    – Помнишь, что я говорил тебе о Великом Равновесии? То, что взято в одном месте, должно туда же и вернуться - если боги не против. А они не против, клянусь Четырьмя Ветрами! Однако есть и еще причина… - дух помолчал, потом лицо его исказила мстительная гримаса. - Сказано: благословен платящий свои долги, не прощающий долга крови, не забывающий о долге благодарности! Должен же я рассчитаться с тобой файонскими сокровищами, а заодно и получить свое со стигийцев! Кровь! Крр-роовь! Я долгов не забываю… Да и ты тоже, потомок Гидаллы! И этот Шапшум, волосатый боров… Мы втроем здесь славно повеселимся!

    Конан кивнул; теперь ему было ясно все. Да, Рана Риорда не прощал долгов, и ради того, чтобы рассчитаться с ними, готов был повернуть вспять время!

    Вдруг, словно в доказательство этого, перед киммерийцем возникла огромная секира. Первые солнечные лучи, проникнув в окно, заиграли серебристыми бликами на стальном лезвии; грозно топорщился четырехгранный наконечник, широкие кольца с тайными знаками обнимали темное древко… Она висела в воздухе перед Конаном словно напоминание о возмездии - возмездии, которое он должен был свершить.

    – Возьми ее! - сказал Рана Риорда, и сильные пальцы Конана сжали топорище, вновь ощутив восхитительную тяжесть Небесной Секиры.

    – Долго ли ты пробудешь со мной? - спросил он.

    – Потомки Гидаллы идут ко мне - там, на юге… Когда они появятся на скале у алтаря, я должен ждать их… но до того дня еще далеко, целая луна! Ведь мы с тобой только начали свое странствие на восток!

    – Целая луна… - пробормотал Конан. - Да за целую луну мы вырежем половину Стигии!

    – Вполне возможно, - кивнул призрак. - Времени хватит. Ведь мы еще даже не отплыли из Базры.

    Конан начал закреплять секиру на спине, но вдруг остановился.

    – Выходит, сейчас в мире два Конана? И две секиры?

    – Выходит, так.

    Пропустив один конец ремня над плечом, а второй - под мышкой, киммериец связал их узлом на груди. Секира привычно устроилась между лопаток - словно новобрачная, нежно приникшая к телу жениха.

    – Жаль, что тот, другой "я", не увидит потомков Гидаллы, - сказал Конан. - Не поторопился ли ты, возвращая меня сюда?

    – Не поторопился. Боги не любят суеты; сначала нужно кончить одно дело, потом - приниматься за второе. Долги же лучше отдавать не медля… Что же касается потомков Гидаллы, с коими ты не встретился на сей раз, так встретишься с ними в другой.

    – Путь к южной земле не прост, - сказал Конан, поворачиваясь к окну. - Когда я там окажусь? И как?

    – Окажешься, - произнес Рана Риорда. - Окажешься! Столь же неизбежно, как на королевском троне! Ты будешь…

    Далекий грохот и людские вопли заглушили его слова. Пол под ногами Конана содрогнулся: похоже, где-то неподалеку рушились каменные зубцы стен, трескались брусья деревянных ворот, в панике и страхе кричали стигийские солдаты. Некоторое время киммериец прислушивался, склонив голову, потом решительно шагнул к окну.

    – Дослушай же меня, потомок Гидаллы! - заклекотал Рана Риорда.

Быстрый переход