– Мысли есть, – усмехнулся тот, – но насчет дельных не уверен. Паша, ты ничего не перепутал? Может, настройки какие-нибудь сбились? Тесты прогнать нужно или там антивирус запустить?

– Нет, патрон, ошибка исключена. С такого расстояния наши сканеры различают объекты от ста метров в поперечнике. Все, что мельче, идет фоном. Так вот, количество отметок «от ста метров и выше» в системе практически не поддается учету. Главный «мозг» сумел лишь приблизительно подсчитать концентрацию таких объектов в единице объема. Согласно его выкладкам, она минимум в десять раз выше, чем в любом из астероидных поясов Солнечной системы. Пыли и обломков нет лишь в непосредственной близости от звезды. И то только лишь потому, что они давно в ее атмосфере сгорели – все, до каких она гравитационным полем дотянулась. А остальные сформировали колоссальный пылевой диск, в котором скрыты четыре планеты. Этим, кстати, местная аномалия отличается от известных зарождающихся систем. Конечно, неплохо бы подойти ближе, но, скорее всего, даже уточненные результаты вас не обрадуют.

– И что же ты предлагаешь?

– Боюсь, тут я вам не помощник, патрон. В навигации разбираюсь слабо. А в системах защиты тем более.

– Но в том, что Ковчег здесь, ты уверен?

– Абсолютно. Так же, как и вы.

– Подловил, – вздохнул Пьер и машинально хлопнул по нагрудному карману в поисках сигары. Потом опомнился и решил не портить воздух в общественном месте. – Ладно, значит, будем ждать уточненных данных. Сейчас приоритетная задача – поиск объекта «Ковчег». Как к нему подобраться, будем думать, когда… если его вообще найдем. Пара задумок есть, так что прорвемся. Паша, твои предложения по организации поиска?

– Придется долго и упорно просвечивать всю систему, – не очень уверенно начал я. – В кашу лезть себе дороже, нужно идти над облаком вне плоскости эклиптики. Будем придерживаться орбиты второй планеты – это примерно по центру получается – и сканировать все подряд камни крупнее, ну допустим, двухсот метров в поперечнике. Их все же на порядок меньше, чем остальных валунов. А дальше по обстановке. Единственное, помехи будут от пыли, так что ничего не гарантирую.

– И сколько это займет времени?

– Без понятия, патрон. От пары месяцев и до бесконечности. На сколько терпения хватит.

– Еще предложения будут?

– Вариант возвращения домой рассматривается?

– Шутник вы, Александр.

– Уж какой есть, дорогой Пьер. Какой есть.

– Что ж, тогда остановимся на предложении Павла Алексеевича. На исходную позицию выйдем часов через сорок, не раньше, так что пока все могут отдыхать. Паш, а ты навести Жан-Жака, согласуйте оптимальную траекторию и скорость.

– Да, патрон.

– Вопросы есть? Вопросов нет. Все свободны.

Окрестности системы HD 13522, борт фрегата «Великолепный»,

28 марта 2542 года, вечер

– Патрон, признаю себя ослом.

– Чего это? – недоуменно воззрился на меня Пьер.

Я довольно бесцеремонно, да к тому же еще и в неурочное время завалился к нему в гости и очень удивился, что он не послал меня куда подальше. Да еще после таких заявлений.

– Мой способ никуда не годится.

– Другого все равно нет. Но ты продолжай, продолжай.