Второй удар он собирался нанести так, чтобы кумулятивная струя повредила дракону хребет. Но не спешил с ним, пока тот не дергался. Просто держал РПГ наготове и, накрыв эту чешуйчатое создание аурой «Поглощения», «кушал». То есть, старался выкачать из него столько, сколько получится. В конце концов, когда еще такая возможность доведется? Час-другой у него в запасе был. И было бы преступлением перед здравым смыслом этим не воспользоваться. Да и закончить отмывание было бы недурно.

Почти сразу дракон мелко задрожал. Было видно — пытался сопротивляться. Паутинки стали лопаться одна за другой, обрубая поглощение. Но аура автоматически кидала новые, продолжая вытягивать силы из этой твари полноводной рекой.

Секунда за секундой.

Минута за минутой.

И вот когда даже крики дракона почти стихли, перейдя на хрипы, с неба ударили столбы света, оставляющие после себя на поверхности плато могущественных дэвов. Настолько монументальных, что рядом с ними даже Ашма-дэв выглядел бы недорослем. Вон как их ауры сияли. Даже без магического зрения прорываясь в материальный мир.

Взмах руки одного из них. И все линии ауры «Поглощения» оказались отрублены. Попытки же их протянуть заново натыкались на что-то жутковатое и обжигающее. Словно дракона кто-то надежно защитил.

— Картина Репина «Приплыли!» — раздраженно сплюнув, произнес Илья. А потом крепче сжал гранатомет и стал примеряться — в кого бы из них выстрелить в первого и будет ли от этого толк.

— Какой боевитый у нас Носферат, — прогудел один из дэвов, шагнув вперед.

— Это — моя добыча! — выкрикнул Илья, указывая на дракона. — Хотите свежий стейк тартар из теропода? Ищите себе свою чешуйчатую курицу!

— Эта курица — один из стражей небесных чертогов, — указав на него, произнес визави с добродушной улыбкой. — И он воспрещал тебе вход. Почему ты на него напал?

— Я на пал? Может бы и напал, но я просто не успел. Он ринулся на меня сломя голову, вынудив защищаться.

— Надо же. Носферат и не врет… — прогудел другой дэв, скосившись на дракона. — Любопытно.

— Зачем мне врать? Вообще, не люблю это дело. Я шел в небесные чертоги, чтобы убраться из этого мира, в который попал случайно и не по своей воле. А тут он, — махнул рукой на дракона. — Стоит такой и выступает как директор пляжа. То плавки не того размера, то шлепок нет. Какого лешего он ко мне вообще приставать начал?

— Потому что ты был кровавый. А кровавым вход воспрещен. Кого из дэвов ты убил?

— Никого.

— Снова не врет… любопытно. — заметил тот, второй дэв, разглядывая его теперь с явным интересом, как нечто диковинное.

— Но ты был кровавым? — продолжил тот, кто выступил вперед.

— Был.

— И как это произошло?

— Сатрас предложил мне съесть сердце Падмы, чтобы исцелиться. Я был отравлен кикиморой и умирал.

— Этого не может быть! — рявкнул один из дэвов.

— Но он не врет. Ты же сам видишь.

— Вижу. А в каких обстоятельствах он тебе это предложил?

— После того как я его победил и стал расспрашивать, пытаясь разобраться в ситуации. Ардат Лилу сказала, что я смогу найти исцеление в склепе. Я туда спустился, преодолев все ловушки. Победил Сатраса. Но очевидного исцеления не увидел и решил с ним поговорить. Он мне и предложил съесть сердце, а потом идти сюда, чтобы уйти через небесные чертоги. Сам же идти со мной отказался. Я звал. Чего в склепе валятся?

— Ясно, — кивнул тот дэв, который вел разговор, и переглянулся с остальными.

— Раз все прояснилось, то я могу добить свою добычу и пройти в небесные чертоги?

— За нападение на стража по закону полагается отлучение от небесных чертогов.