|
С другой стороны, было полезно вновь побывать в США с целью пополнения своих знаний об этой стране. В Нью-Йорке я пробыл около недели и отплыл в Саутгемптон на лайнере «Америка». В пути мне действительно удалось приобрести полезные знакомства и даже получить рекомендательные письма к нескольким лицам в Англии. С одним из моих попутчиков, немцем Гансом Кохом, который работал в туристском бюро в Нью-Йорке и по нескольку раз в год приезжал в Европу, я поддерживал дружеские связи до моего ареста в январе 1961 года».
Через некоторое время руководитель советской нелегальной резидентуры с документами на имя канадского бизнесмена Гордона Лонсдейла (оперативный псевдоним «Бен») благополучно прибыл в Лондон… Здесь следует отметить, что «Бен» не сразу установил связь с Крогерами. Ведь ему предстояло создать надежное прикрытие для разведывательной деятельности, завести устойчивые нейтральные связи, решить квартирный вопрос и массу других проблем. На это ушло около года. Эти же проблемы активно решали и Крогеры, для встречи с которыми «Бен» выезжал в Париж. Один из руководящих сотрудников центрального аппарата нелегальной разведки, принимавший участие в создании резидентуры «Бена», позже вспоминал: «Резидентура начала создаваться в 1954 году. Но основные ее компоненты стали функционировать только в 1955 году, после того как в Лондоне обосновался сам резидент и начал действовать пункт связи, организованный разведчиками-нелегалами Крогерами. Потребовалось немало времени, чтобы создать прочные прикрытия, наладить каналы связи и развернуть в полную силу деятельность резидентуры». Лишь в апреле 1956 года супруги Крогеры получили из Центра сообщение, что в последний вторник мая в пятнадцать часов тридцать минут на третьем этаже Корнер-хауза в ресторане «Лайонс» они должны встретиться с назначенным на должность руководителя лондонской нелегальной резидентуры Гордоном Лонсдейлом. Крогеры готовились к этой встрече, ждали ее. Они проделали большую работу по обустройству в Лондоне, по созданию «крыши», которая сможет надежно прикрыть их разведывательную деятельность, и могли с гордостью доложить об этом своему руководителю.
Резидентура начинает действовать Предоставим вновь слово историку отечественных спецслужб Николаю Швареву: «Около трех часов дня Питер и Хелен прибыли к Корнер-хаузу. Как всегда, тщательно проверившись, они вошли в холл ресторана «Лайонс». Опасаясь, что в зале ресторана может оказаться кто-то из знакомых бизнесменов, Питер у входа придержал шедшую впереди супругу и внимательно оглядел сидевших за столиками клиентов. Их было всего шесть человек. Вдруг Хелен, резко повернувшись к нему, обрадованно воскликнула: — Ты смотри, кого я вижу в дальнем левом углу! Это же наш знакомый Арни! Питер крепко сжал ее локоть и полушепотом сердито процедил: — Лона, ты что, с ума сошла? Мы же не на книжном аукционе! Кто знает, может, он прибыл сюда для того, чтобы проконтролировать нашу встречу с Лонсдейлом. Пойдем в конец зала, — тихо добавил он, — и будем ждать от него сигнала. Не подаст — значит, так и надо. А пока пройдем в уголок, займем столик и будем ждать прихода нашего Лонсдейла. Не успели они дойти до середины зала, как «Бен» вскинул голову, бросил на стол газету и, вскочив, громко воскликнул: — Кого я вижу! Сколько лет, сколько зим! Он обнял Хелен, пожал руку Питеру. — Вот уж, действительно, пути Господни неисповедимы. Прошу к моему столу. Сев за стол, Питер закурил. Скрывая волнение, он произнес: — Может, я ошибаюсь, Арни, но мне кажется, Центр не совсем доверяет нам… — С чего это ты взял? — воскликнул «Бен». |
