Он занес копье, чтобы пронзить противника.

Инэвера схватила его за руку:

– Глупец! Ты все испортишь!

Джардир развернулся и врезал Инэвере по лицу. Женщина отлетела.

– Не переживай, неверная дживах. – Он снова повернулся к андраху. – Мое копье найдет и тебя.

Он снова поднял копье, и андрах заголосил, но в этот миг все стало оранжевым и алым. Неведомая сила ударила Джардира и отшвырнула от жертвы к стене. Пластинки из обожженной глины, вшитые в тяжелый боевой доспех, смягчили удар, но когда Джардир пришел в себя, его одежда горела. Он с криком сорвал ее.

Он посмотрел на Инэверу. В ее руках мерцал череп огненного демона, который она принесла на их первую встречу в Шарик Хора. Обнаженная, она бесстыдно стояла меж двоих мужчин, зная, что даже в такой миг ее красоте нет равных. В Джардире боролись ненависть и возбуждение.

– Хватит глупостей! – рявкнула она.

– Ты мне больше не указ, – огрызнулся Джардир. – Можешь спалить весь дворец, если хочешь, я все равно прикончу этого жирного борова и возьму тебя на его трупе!

Андрах заскулил, но Джардир львиным рыком заставил его замолчать.

Инэвера даже не вздрогнула. В другой руке она держала небольшой уголек. На нем вспыхнула метка, и Джардир понял, что это тоже алагай хора. Обугленный кусочек кости затрещал, с него слетела серебристая молния магии и поразила Джардира.

Джардир взмыл в воздух и ударился о стену. Его тело терзала невообразимая боль. Он попытался принять ее, но боль утихла так же быстро, как началась, оставив только слепой ужас. Он снова повернулся к Инэвере, но она опять воздела камень, и молния ударила во второй раз, а затем и в третий, прежде чем он успел встать. Он пытался подняться, но руки и ноги не слушались, мышцы сводили неукротимые судороги.

– Наконец-то мы друг друга поняли, – произнесла Инэвера. – Я – воля Эверама, и даже не пытайся со мной бороться. Если я легла в постель с жирным боровом, чтобы раздобыть тебе белый тюрбан, ты должен благодарить меня за принесенную жертву, а не пытаться все испортить.

– С жирным боровом? – возмущенно повторил андрах, с трудом вскарабкавшись на ноги. – Я…

– …жив только благодаря мне. – Инэвера подняла череп демона. Из его пасти вырвались языки пламени, и андрах побледнел. – Мне было нужно, чтобы ты поддерживал Джардира, пока он не завоюет сердца шарумов и Дамаджи других племен, но Каша в тяжести, и шарумы увидят, что он брат им не только ночью, но и днем. Теперь ты от него не избавишься.

– Я – андрах! – крикнул толстяк. – Этот дворец сровняют с землей по мановению моей руки!

Инэвера засмеялась:

– Хочешь устроить гражданскую войну? И даже если ты убьешь Ахмана, как насчет его жен-дама’тинг? Изнасилуешь и убьешь их, как велит обычай? В Эведжахе ясно сказано, что случится с любым, кто осмелится причинить вред дама’тинг.

Андрах нахмурился, не зная, что ответить.

– Врата рая закрылись. – Инэвера прикрыла наготу шелковым покрывалом. – Возможно, они откроются еще раз, когда мне понадобится, чтобы ты сделал объявление, а может, я отправлю Ахмана написать его твоей кровью. Но до тех пор держи свое сморщенное старое копье у себя во дворце.

Андрах сгреб свою одежду и голышом выбежал из комнаты.

Инэвера подошла к Джардиру и встала рядом с ним на колени. Кусочек кости демона, с помощью которого она метала молнии, рассыпался, и она задумчиво смахнула пепел с руки.

– Ты сильный, – заметила она. – Немногие способны встать после одного такого удара, не говоря уже о трех.