Loading...
Изменить размер шрифта - +

Как только жутковатые ощущения отступили, Хоббс кашлянула и прервала переговоры инженеров о технических проблемах, которые стояли перед «Рысью» в связи с неожиданной новой бедой.

— Уверены ли мы в том, что все эти черные мониторы одинаковы? Вероятно, те, которые стреляли по дрону мастера–пилота, не отражают общей картины, — сказала она.

На воздушном экране шел показ видеозаписи, сделанной самым передовым из дронов–разведчиков. В первый раз, когда офицеры с имперского фрегата наблюдали за уничтожением гигантской риксской антенны, они кричали «ура». Но теперь, когда запись остановили, песок замер на середине своего победного шествия по паутине громадного блюдца. Только на этом кадре на погибающую антенну упали лучи солнца Легиса, и на фоне серебрящейся антенны были особенно четко видны шеренги чернобоких мониторов.

Аналитик насчитала четыреста семьдесят три монитора и предположила, что есть еще сорок девять. Всего получалось пятьсот двадцать два. «Два к девяти» — типично риксский расчет.

Но только не для дронов–мониторов. Никто не мог ожидать, что этих тяжеловооруженных машин окажется так много. «Рысь», не зная того, могла угодить в мясорубку.

— Насколько мы можем судить, выглядят черные дроны одинаково по всему формированию, — негромко пояснила лейтенант Тайер.

Хоббс понимала, что Тайер впервые попала в командный отсек. Теперь, когда мастер–аналитик Кэкс ослеп во время атаки «стайников», лейтенант стала главным аналитиком на борту «Рыси». Тайер говорила медленно и осторожно, почти робко, но пока на все вопросы отвечала четко.

— Эта выпуклость сбоку — место хранения боеприпасов, — продолжала Тайер, увеличив изображение отдельного черного дрона. — Если бы какие–то из этих дронов были предназначены для минирования или выполнения роли приманок, такой выпуклости у них не было бы.

— А она имеется у всех мониторов без исключения, — закончила за лейтенанта Хоббс.

До начала совещания старший помощник вместе с Тайер кадр за кадром просмотрела сделанную Марксом запись. Хоббс ясно видела те дроны, которые в конце концов разделались с «разведчиком» Маркса. Град снарядов был виден на фоне крупинок расплывающегося облака алмазного песка. Обычно невидимые, снаряды на этот раз были подсвечены окружавшим их песком. Тщательные компьютерные расчеты показали, что скорость стрельбы составила сто пусков в секунду.

Черные дроны были напичканы снарядами под завязку.

Во время Первого вторжения риксов дроны этого класса применялись исключительно для ближней обороны. Перед любым риксским боевым кораблем дрейфовало несколько десятков мониторов, они расстреливали те из имперских дронов, которые подлетали к ним слишком близко. Однако в течение предыдущей войны черные мониторы применялись в меньшем количестве, да и огневая мощь у них была значительно ниже. Они предназначались только для уничтожения дронов.

А эти новые мониторы, в огромном количестве и с небольшого расстояния были способны поразить «Рысь», как и все прочее, что оказалось бы в непосредственной близости от крейсера. Риксы выстроили боевой порядок так, чтобы любой ценой уберечь свою гигантскую принимающую антенну. Они были готовы даже таранить такой крупный корабль, как фрегат. Так что та атака «Рыси», которая была задумана первоначально, конечно, была обречена на провал.

Если бы не профессионализм Маркса, если бы не чистой воды везение — то, что дрон–пескоструйщик приблизился к риксской линии обороны в целости и сохранности, — то принимающая антенна сейчас оставалась невредима, а «Рысь», ни о чем не подозревая, двигалась бы навстречу собственной гибели.

— Не имеет смысла рассуждать о дронах, — сказал капитан Зай.

Быстрый переход