Нево, что с нами происходит? Куда мы движемся?

В мозгу у меня прозвучал незнакомый голос морлока:

Сам знаешь, куда. Обратно — назад, сквозь время… на самый его край.

И скоро мы стартуем?

Мы уже стартовали… — пришел ответ. — Посмотри на звезды.

И тогда я увидел, оторвав глаза от Белой Земли:

На черном небе одна за другой вспыхивали звезды.

И теперь, когда мы все глубже и глубже уходили в океан прошлого, звезды стали распределяться по небу. Вот миг — и погасло знакомое созвездие — прошло время, непостижимое для мотылькового человечьего существования…

Да, - откликнулся Нево, — А теперь посмотри на Землю.

Ледяная маска спала с лица планеты. Белый лед ушел к полюсам, и мир медленно возвращал себе знакомый облик. Правда, Земля по-прежнему была задернута облаками, причем с какими-то неестественного цвета завихрениями: коричневыми, фиолетовыми, оранжевыми. В центре континентов засияли великие города. Появились плавучие башни посреди океанов, но всюду парил такой чудовищный смог, что вряд ли там была возможна жизнь без противогазов.

Очевидно, мы присутствуем при последних днях обустройства земли новым человечеством. - заметил я. — Проходя с каждой минутой по миллиону лет…

Да.

Тогда почему Земля не вращается, как ей положено, вокруг оси — и солнца?

Это не так просто…

Что не просто?

Объяснить. Видишь ли — корабли — вовсе не тот тип машины времени, которую ты создал. Это несколько иное явление, хотя так же, как и машина времени или ядерная бомба, связанное с платтнеритом. Все что мы видим вокруг — это реконструкция, — продолжал Нево, — Это нечто вроде проекции…

Проекции?

Ну, да, проекции, основанной на информации, непрерывно поступающей из информационного поля. В сущности, сейчас мы плывем в волнах Информационного моря, среди его потоков, течений и приливов. Так что нет необходимости в таком феномене, как землевращение.

Нево, а кто я? Я все еще человек? Или…

Ты по-прежнему являешься тем, кто ты есть, - уверенно сказал он.Единственная разница в том, что теперь твое существование поддерживает иной механизм, создание Информоря, а не продукт плоти и крови.

Голос его как будто плыл в космосе где-то возле меня. Успокаивающее чувство руки морлока, сжимающей мою, исчезло, но все равно я ощущал его близкое присутствие. Да и о какой «близости» можно говорить, когда я и сам понятия не имел, где, в какой точке пространства нахожусь.

Земная атмосфера между тем прояснилась. Сквозь облака неожиданно проглянули огни городов — вспыхнули и погасли — и вскоре на земле не осталось ни следа человеческого присутствия.

Началась бурная вулканическая деятельность, вспышки следовали одна за другой, тяжелые серные облака поднимались над горными массивами, их понемногу относило в сторону, и, как мне показалось, континенты стали расползаться, оставляя известные со школьной парты позиции. По бескрайним долинам северного полушария развернулась борьба между двумя классами растений — затянувшаяся лет эдак на миленниум. С одной стороны выступали бледные зеленовато-бурые сорняки и лиственные леса, обрамлявшие континенты до самых снежных шапок, с другой неукротимая поросль тропических джунглей.