Ответом им стало лишь шипение статики.

     - Поднимемся на борт, - сказал командор своим подчиненным. – Караульный, сообщи в летный отсек правого борта. Пускай готовят «Громовой ястреб».

     - Только пять отделений, командор? – капитан караула, неаугментированный мужчина по имени Элввикс Яссон, смущенно склонил голову и разгладил черное форменное пальто. – Пусть это просто фрегат, но на нем может быть вдвое больше предателей, командор.

     - Чтобы ловушка сработала, в нее нужно запихнуть лишь один палец, а не целую руку, - ответил Агапито. – Любой признак проблем, и мы отступим и уничтожим корабль отсюда.

     - Прошу прощения, командор, но почему не уничтожить его прямо сейчас?

     - Разведданные. Нужно узнать, где он был. А еще нам нужны корабли. Он может быть покинутым, выброшенным сюда варпом. Или на нем осталась только горстка команды. Или его коммы вышли из строя.

     - Конечно, командор. Я не думал вам перечить.

     - Знаю, Яссон. Просто осмотрительность, да? В этом нет ничего плохого.

     Агапито кивком принял салют капитана караула и направился к выходу из мостика. Пока командор спускался через палубы к летному отсеку, он снял с пояса шлем. Прежде чем опустить его на голову, Агапито провел закованным в перчатку пальцем по едва заметной трещинке, бежавшей от макушки до правой глазной линзы. За прошедшие годы он заменил большую часть своих доспехов, однако шлем оставался тем же, что он носил в день высадки в Ургалльской низине на Исстване.

     Он вспомнил момент, когда взорвался снаряд. Осколок размером с кулак от взрыва в воздухе попал ему прямо в шлем. Другие иззубренные куски металла убили двух Гвардейцев Ворона рядом с ним, всего в паре метров.

     С закрытыми глазами, масляный запах лифта превратился в смрад крови. Лязг цепей стал трескотней болтеров, жужжание светосферы – шипением лазерных выстрелов.

     Агапито тяжело сглотнул, не пытаясь избавиться от воспоминаний, а приветствуя их. Крики умирающих были боевой песней у него в голове. Грохот орудий был боем барабанов, под стук которых он шагал в битву.

     С треском и скрежетом лифт прибыл к месту назначения. Агапито резко открыл глаза и вернулся обратно в настоящее.

     Прожекторы «Громового ястреба» высветили часть корпуса, явив плазменные ожоги и большие, бледные участки вещества, известного Агапито как ферромыло. Ближнее ауспик-сканирование дало немного подробностей – остаточные следы жизни, почти неразличимые на фоне энергий плазменного реактора и систем поддержания окружающей среды.

     - На борту может кто-то быть, - произнес Ванда, изучая экран сканирования десантно-боевого корабля.

     - Сервиторы, насекомые, все, что способно выжить без команды, - ответил Агапито.

     - Командор! – оклик пилота, Хенна, заставил командора взглянуть на фонарь кабины. Хенн направил прожекторы на нос фрегата. – Теперь он не такой уж неопознанный.

     Луч высветил темно-синий круг на таране в виде клюва, поверх которого был нанесен почти поблекший символ легиона: крылатый череп.

     - Повелители Ночи, - прорычал Агапито.

     Атмосфера в кабине сгустилась еще больше. Агапито посмотрел на фонарь, упершись кулаком в пульт перед собой.

     - Ничему не верьте, - произнес он, бросив взгляд на экран Ванды.