|
Но я видел его насквозь и соприкасался разумами так, как это не дано никому другому. И в его сущности я видел смирение, мудрость и знания. Он – человек, которого направляет рациональность. Тиран стремится к власти, но Император несет свою силу как бремя, ответственность за все человечество тяжким грузом лежит на его плечах. Он – то, кем должен быть, не по прихоти, но из долга и необходимости.
Лориарк не ответил, и кто знает, поверил ли он Кораксу или нет. После разговоров об Императоре Коракс всегда чувствовал благодарность и благоговение. Благодарность за то, что генетический отец сотворил его. Благоговение перед силой владыки, который направлял его. Восстание Магистра Войны и примархов, которые встали на его сторону, отчетливо показало все соблазны и опасности, появлявшиеся вместе с почти безграничным могуществом. Жажда славы, неуемные амбиции, отрицание и ненависть одолели самые грозные творения Императора. Какое усилие воли понадобилось Повелителю человечества, чтобы не поддаться тому же самому? Что за нечеловеческий разум мог тысячелетиями наблюдать, как рушится галактика, но не отказаться от видения иного, лучшего будущего? Коракс прошел нелегкие испытания, от пробуждения в ледяной пещере на Ликее и до этой самой секунды, но так и не приблизился к ответу на вопрос, насколько тяжелые решения лежали на плечах повелителя Империума. Погрузившись в раздумья, он с сожалением посмотрел на мониторы. Многим суждено погибнуть сегодня, как солдатам, так и мирным жителям. Он не мог сосчитать количество погибших от его действий за долгие годы кровопролития. Наверняка миллиарды. Но Император без жалоб нес свою ношу, а значит, понесет ее и Коракс.
До Япета осталось два часа. Два часа, которые пронесутся так, что и глазом не успеешь моргнуть. В голову лезли разные мысли: о его гибели и смерти его товарищей, о победе или поражении, о мести или неудаче. Агапито попытался отвлечься, подумать о ритуалах боя и планировке города, об их цели. Он в уме повторил доктрины Коракса, но они перестали быть успокаивающей мантрой, как прежде. Еще два часа, но не страха, а ожидания. Он барабанил пальцами не из-за ужаса, но в предвкушении. Еще два часа до нового боя. Два часа до того, как он станет нести справедливость, звон войны заглушит преследующие его крики мертвых братьев. Сам того не осознавая, Агапито вновь забарабанил пальцами.
Благодаря энергетическим щитам Атласа и Япета атака с дальнего расстояния превращалась в пустую трату энергии и снарядов. Для максимальной эффективности бомбардировки и перегрузки обороны противника, городу-барже пришлось бы вначале ослабить свои же щиты, чтобы орудия могли вести огонь, став тем самым уязвимым для стремительной контратаки. Но вместо артиллерийских ударов приближение Атласа к Япету ознаменовалось сражением в воздухе. Энергетические щиты не были преградой для самолетов, которые вились друг вокруг друга, пытаясь сбросить на город бетонобойные бомбы. Если одной из сторон удастся одержать верх, она уничтожит вражеские генераторы силового поля, нейтрализовав оборону, тем самым сделав противника уязвимым для сокрушительных залпов артиллерии и опустошительного обстрела орудий «Вулкан». Второй вариант заключался в разрушении двигателей и гравитационных матриц, которые удерживали чужой город в воздухе, но Коракс не хотел сбрасывать Япет в морские пучины. Дело не только в человеческих потерях, которые станут невероятными, просто не было гарантии, что Дельвер и его союзники не попытаются сбежать из гибнущей столицы на боевом корабле или другом судне. |
