— Странное совпадение. Мне он тоже нужен.

— Так откажись на мне жениться!

— Размечталась! Кто ж от такого предложения откажется?

Лавиния мрачнеет.

— Тогда я хочу знать, что ты затеял!?

— Собираюсь жениться вместо моего погибшего брата, — усмехаюсь я. — А что?

— Ты знаешь, кто я…

— знаю.

— Но сам ты кто?

— Я же говорил. Маг огня…

— Я пробовала… с магами. На них тоже действует. Так кто ты?

— Маги, девочка, — подцепляю ее за подбородок, — бывают разной силы.

Лавиния опускает глаза. Этого она не учла, и возразить ей нечего.

— А вот почему ты соглашаешься выйти за меня замуж?

— Я хочу быть королевой.

— К тому же — свободной от давления отца — и его величества Микаэля, так?

Лавиния бледнеет.

— Ты… знаешь?

— Я так похож на дурака?

Судя по лицу вампирши — похож. Но возразить она не осмеливается, еще бы.

— А кем ты собираешься питаться?

Лавиния шипит, показывая зубы. Я усмехаюсь.

— Значит так. Преступников я тебе обеспечу. Но попробуешь сожрать кого‑то не того — и я тебе сам щипцами зубы выломаю. Ты поняла?

Всерьез она меня явно не воспринимает. Но попользоваться готова.

— Ты мне предлагаешь договор?

— Мы женимся. И я, скорее всего, становлюсь наследником престола. Ты — соответственно, принцессой. Веди себя хорошо — и останешься жива и довольна.

Лавиния кривит губки..

— А ты… будешь мной доволен?

Шаловливая ручка тянется вниз, к моим брюкам. Я ловко перехватываю ее.

— Перебьешься.

— Но….

— Или ты еще девственница?

Явно нет, судя по показывающимся клыкам. Злится, но держится в рамках. В этом вся нечисть. Покажи им силу — и управляй, как пожелаешь. Только вот удара в спину придется ждать ежеминутно. Привычное для меня состояние.

Стервоза.

— Брак объявим состоявшимся. Если будешь работать на меня — получишь свое.

— Будешь держать меня в целомудрии?

— там посмотрим. Учти, я настою на осмотре, и если узнаю, что ты в тягости — вырву с корнем. Поняла?

Поняла. Но всерьез не принимает. А зря.

Она просто привыкла крутить мужчинами в свою пользу…

— Как скажешь… любимый.

Я усмехаюсь.

— Любовь моя, вы прекрасны.

Лавиния делает реверанс, улыбается, потом чуть морщится.

— Ты не мог ударить не так сильно? Синяк останется.

Вторая пощечина относит ее в угол.

— Будешь мне лгать — будешь новые клыки выращивать. Поняла?

Вот теперь она смотрит на меня чуть уважительно. Аргадон, что это за женщины, которым для уважения нужны пощечины?

Извращение.

Но когда Лавиния уходит, я откидываюсь на подушки и вздыхаю чуть спокойнее. У меня еще будет время объяснить ей, кто тут главный. А пока…

Лишь бы игру не поломали.

И мы играем.

Лавиния — страдающая невеста, я — страдалец, который потерял любимого брата, герцог — благородный отец, его жена — заботливая матушка, Микаэль — строгий но справедливый король…

Роли расписаны, как в театре — и мне ужасно хочется вырвать глотку автору пьесы. Или хотя бы части ее участников.

Томми смотрит насторожено, ему приходится тяжелее всего. Если я ллгу, как дышу, как и любой полудемон, то он спотыкается — и потому играет неодобрение.