|
Последнее я сразу понял, когда он, под клятву неразглашения, потребовал у меня список моих Навыков, а узнав про них, попросил у меня пару дней на размышления. Как он заметил, под меня у него не подходит ни одна из наработанных им схем боя. После этого он попросил на полигоне продемонстрировать возможности моих Элементалей и совсем загрустил. Оба моих питомца в тот день были в ударе. В том смысле, что показали такие ударные характеристики, которых я сам от них не ожидал. Меньше пяти минут — и полигон вдребезги! Ни одной целой мишени, включая каменную стену и каменные же имитации укрытий. Что не расплавили, то под основание развалили.
Но не всё оказалось столь благостно. Нашёл мой новый наставник, как и меня по носу щёлкнуть, чтобы я его высоко не задирал. Так его абсолютно не устроило время, за которое я кастую некоторые базовые заклинания защиты. Всего их набралось пять, и мне теперь их придётся ежедневно отрабатывать на полигоне по сотне раз каждое, что займёт порядка трёх-четырёх часов, и потребует от меня как бы не двукратной подзарядки от накопителя.
Ну да, я не собираюсь их выполнять за три-четыре подхода, как ему думалось.
Вот тебе и пятый курс! А говорили, что лишь на нём студенту станет легче жить, так как почти всю теорию заменит практика.
К счастью, меня освободили от занятий физподготовкой, так как я с первого раза сдал все нормативы на «отлично», показав как бы не лучшие в Академии результаты по целому ряду упражнений. А так, ещё бы два-три часа в день, как с куста.
Что касается теории, она тоже была. Раз в полтора месяца нужно было выучить новое заклинание четвёртого уровня, а раз в три месяца — пятого. Сдавать их исполнение придётся в конце года, на государственном экзамене, а зачёт по первым будут принимать в середине января.
Факультативно предлагалась артефакторика и алхимия.
Пятикурсники из моей группы лишь фыркали себе под нос, когда заходила речь о факультативных занятиях, и закатывали в потолок глаза, показывая, как им и без этого тяжко, а я ходил.
По крайней мере посещал все факультативы, какие мог, а если что-то пропускал, то просил у преподов дать мне возможность позаниматься с какой-нибудь из других групп.
С чего бы вдруг такая тяга к знаниям? Так я в столице газеты внимательно читал. Знаете сколько там стоит средненький курс очень любительской артефакторики? Триста пятьдесят золотых за две недели четырёхчасовых занятий в день! А здесь эти знания дают бесплатно, да ещё и на базе лабораторий Академии, а не где-то в приспособленных помещениях.
А алхимия… Ну, с этим предметом у меня отдельная песня.
В своей прошлой жизни я ни разу не сталкивался не только с производством вин, но даже самогонный аппарат в работе видел всего лишь однажды. Поэтому, критически оценивая свой уровень зельевара, как величину, весьма недалёкую от плинтуса, я попытался восполнить пробелы в своих знаниях за счёт опыта преподавателей. Никаких сверхзадач я перед ними и перед собой не ставил — всего лишь добавить моим винам новые нотки вкуса, используя базовые знания и комплект растений для начинающего алхимика. Мои практические работы нашли понимание среди преподавательского состава, а их заведующий кафедры, так и вовсе проникся важностью столь тонкой работы. Собственно, именно с ним вдвоём, уже на индивидуальных занятиях, мне и удалось довольно близко повторить Егермейстер из моего мира, изготовив его приблизительный аналог на виноградном спирте двойной перегонки.
Думаете, бесполезная потеря времени? Вот не соглашусь.
Вокруг Белговорта полно виноградников. Какие-то из них успешны, какие-то не очень, а есть и такие, что в долгах по самые уши. И вроде вина на них наготовили целое море, а оно не продаётся! И покупатели капризничают, или перекупщики денег дают настолько мало, что даже расходы не окупить, но факт остаётся фактом — не так далеко от моего имения несколько крупных виноградников продают за долги. |