Чем они не её будущие студенты, с весьма высокими задатками в боевой магии?

А это уже следующий вопрос.

С каждого мага, проходящего службу в армии, Академия имеет пусть и малую, но свою копеечку.

Да, с жалования армейского мага вычитается не только государственная десятина, но и два процента в пользу выпустившего его учебного заведения.

Это некий бонус Академиям, заставляющем их тщательно следить за своими выпускниками на предмет их выживаемости. Опять же, если грамотно отнестись к таким циферкам, то они очень скоро подскажут, у какой Академии дела идут совсем плохо, и там требуется государственная проверка, которая никогда не бывает благостной.

Как бы то ни было, а две наставницы — целительницы у меня появились.

Одна, так вообще — чистое золото! Хватило небольшого тортика, и мы с ней стали чуть ли не закадычными друзьями.

Сколько нового и интересного я от неё узнал в первый же день!

Второй торт не зашёл. Там, блин, был конь в юбке!

Ох, как ей хотелось меня построить! К примеру, для начала — заставить меня горшки выносить.

Я, в лучших традициях лэра Мердока, выдал ей сокращённый вариант однажды услышанного от него фельдъегерского мата.

Вроде, прониклась и притихла. Ненадолго. Затем ещё раз взбрыкнула и переборщила с оскорблениями. За что получила пару увесистых и хлёстких пощёчин, таких, чтобы голова у неё моталась из стороны в сторону.

А потом я начал жёстко доминировать, отбросив в задницу все правила приличия.

Для начала, отметив, что по-хорошему конь — баба не понимает, я посадил её на лёгкий Паралич, и пока она бестолково лупала глазами, объяснил ей волю Партии и Правительства, в том смысле, что дал понять, для чего она мне нужна, почему, и нужна ли вообще. И мне, и Академии. А заодно и про переизбыток пациентов в лазарете напомнил, указав ей на её некомпетентность.

Так-то, к тому времени я уже немножечко узнал про те смены, которыми она руководила.

Там были сплошные подсиралы и те из студенток, которые под неё прогнулись. Она сама их так отсортировала, выбирая себе в смену самых тихих и зашуганных.

Лечить, может и они лечили, но так себе. Оказывается, почти все, кроме меня, в Академии знали, что качество их излечения во многом зависит оттого, в какую смену попадёшь.

Вот с этим я и заявился к ректору в очередной раз.

— Лэр Мюнтендор, целительница Орхана явно не на своём месте.

— Ларри, понимаешь, какое дело, за неё ходатайствовала одна очень влиятельная лэресса, — нехотя признался лэр Мюнтендор.

— Хм, а вы же с ней наверняка хоть как-то общаетесь? Так сообщите ей, что её рекомендация оказалась весьма подозрительной, и по этому поводу вы в ближайшее время ожидаете некой проверки от вашего нового спонсора — герцога Орейро.

— Ларри, а что мне говорить, если она спросит про подозрения? — несколько по-детски поинтересовался ректор.

— В её смене есть четыре, а то и пять девушек, которых она, с наступлением ночи, приглашает к себе, и запирается с ними минут на пятнадцать и больше.

— Ларри, ты думаешь…

— Там и думать нечего. Сто пудов она их отлизывать заставляет. Больно уж у них характерные следы на лице остаются, когда они потом в туалет мыться бегут. И эта, ваша важная дама, наверняка из той же серии лизальщиц. Давайте зададим ей вопрос под артефактом Правды?

Я-то в своих догадках был уверен. Можно сказать, почти что своими глазами всё это непотребство видел.

Для Майора Вихря третий этаж не помеха.

— Нет. Субординация превыше всего! А вот с твоей наставницей я поговорю, можешь даже не сомневаться! — несколько странно засуетился ректор, стараясь побыстрей выпроводить меня из своего кабинета.