Если бы не последние два пузырька галлюциногена, которые мы с Федром бросили, словно гранаты, целясь в скопления иглохвостов, то нам бы пришлось совсем плохо.

Ошалевшие иглохвосты нам изрядно помогли, начав садить стрелами куда попало, в том числе и по своим. Добрую треть кошачьих именно они вывели из строя, парализовав их так, что те только на брюхе могли ползти.

Да, мы вроде бы победили, но положение у нас сейчас — хуже некуда.

Практически все накопители разряжены в ноль. Резерв у магов опустошён. Полтора десятка тяжелораненых, а тех, кто никак не пострадал, можно пересчитать на пальцах одной руки. Ещё и часть стены в двух местах держится чудом, на временных заплатках от магов Земли.

Если к этому добавить, что из первой волны от форта отступило не менее полутора десятков Гончих, а из второй, и вовсе десятка три, и примерно столько же особо крупных кошек с парой жутких медведей, то дело дрянь. И я вовсе не исключаю, что к ним вскоре могут присоединиться те Твари, которые изначально пострадали в огненных засадах Феникса. Пусть к штурму форта они не успели, но регенерация у них быстрая. Отлежатся где-нибудь под кустом, залижут раны, и пополнят собой ряды отступивших.

Так что вполне можно ориентироваться на то, что сотня Тварей сумеет вскоре запросто собраться где-нибудь в ближайших лесах.

И как нам в таких условиях прикажете возвращаться в лагерь, перетаскивая с собой десятка полтора раненых?

Нам даже до шестого форта, который лучше защищён и не разрушен, раненых не донести. Порвут нас Твари по дороге. Ей-ей, порвут.

Ладно. Слона нужно есть по кусочкам. Это я к тому, что даже невыполнимые задачи могут быть решены, если вдруг взять и совершить какое-то количество небольших, но правильных поступков.

Сижу, уже почти не страдая от боли, и прикидываю план действий.

Изначально думал, что первый прыжок телепортом осуществлю в Белговорт.

Но нет. Сначала в лагерь, за дежурным рюкзаком.

Подзаряжаюсь от последнего своего накопителя, собираю пустые накопители, сколько могу поднять, и в путь.

— Элина, сбегай к алхимикам, приведи мне Лиру и Миру. Срочно! — чуть рявкнул я напоследок.

Конкубина, выпучившая было глаза на мой потрёпанный вид, обошлась без жалостливых слов и воплей, и быстрой ланью метнулась в нужном направлении. За что её и ценю. На интонацию она ориентируется моментом и никогда со мной не спорит.

А я начал перебирать тревожный рюкзак. Убирать оттуда ничего не стал, так как запас килограммов на двадцать веса у меня есть, если исходить из возможностей телепорта, а вес на своих плечах я переживу. Нет у меня сейчас другого выхода. Некоторый цейтнот наблюдается. Надо всё делать быстро и на полном пределе сил.

Для начала я поменял всю выдохшуюся бижутерию с себя на новый комплект, а запасные, мой и Федра, бросил в рюкзак. Туда же полетели тщательно сложенные куски прочного тонкого брезента и мотки верёвок. Без излишеств. Из расчёта на семь носилок. Остальных тяжело раненных мы с Эмганой попробуем вытащить до состояния самостоятельного быстрого передвижения.

— Мира, у нас много раненых. Что у вас есть из готового для них? — озадачил я алхимичку, даже не став с неё здороваться.

— Вытяжка из Корня Жизни! — тут же откликнулась девушка, возбуждённо блестя глазами.

— Неужели успели что-то сделать?

— Это сказка, а не эликсир. Ты ранен?

— Ну, есть немного, — не хотел я признаваться при Элине, но не заметить пластыри вместо содранного нарукавника — это слепым надо быть.

— Лира, тащи всё, что есть, в ему мы прямо сейчас наш эликсирчик на рану наложим, — азартно распорядилась старшая сестрёнка.

— Какие-то неприятные побочные явления есть?

— Разве, что бодрей станешь и спать чуть меньше будешь, — начала Мира сдирать пластыри с моей доверчиво подставленной ей руки.