— Как ты посмел! — взревел Лютиен, вскакивая на ноги.

— Гринспэрроу… — начал было Этан.

— К черту Гринспэрроу! — перебил младший брат. — Те корабли, которые грабили твои новые друзья, принадлежали эриадорцам, а не эйвонцам. На твоих руках кровь собратьев, земляков!

— Черт тебя подери! — рявкнул в ответ Этан, с такой силой налетая на младшего брата, что чуть было не опрокинул его вновь на землю. — Теперь я — хьюгот, а не эриадорец. А все корабли в море Эйвона служат Гринспэрроу.

— Ты убивал…

— Мы воевали! — свирепо выкрикнул Этан. — Что, позволить флоту Гринспэрроу пробиться на север, раз уж мы могли потопить его? А если в битве погибали уроженцы Эриадора, значит, так тому и быть!

Лютиен перевел взгляд с Этана на короля хьюготов, Асмунда. Тот улыбался широко и самодовольно, словно от души наслаждался этим маленьким представлением. Внезапно младшего Бедвира осенило, что, возможно, его брат являлся не столько приближенным советником, сколько пешкой, и ему тут же больше всего на свете захотелось немедленно придушить Асмунда.

Но вновь посмотрев на Этана, Лютиен понял, что брат не нуждается в защитниках. Его манеры слишком изменились, в глазах сверкали огоньки дикой ярости. То, что сотворил Гахриз, изгнав старшего сына, похоже, полностью переломило натуру молодого человека. В отчаянии Этан нашел новую опору: он воспитал в себе несокрушимую ярость. Он казался своим среди хьюготов настолько, что по спине Лютиена, наконец осознавшего это, пробежали мурашки. Он задался вопросом, был ли перед ним действительно его брат, или же тот человек, которого он знал и любил в Дун Варне, давно умер.

— Гринспэрроу не придет на север, — тихо сказал Лютиен, пытаясь хотя бы отчасти восстановить душевное равновесие, в надежде разумно объясниться с братом.

— Но он этого желает, — настаивал Этан. — Он будет посылать свои корабли на север один за другим или все сразу. В любом случае мы будем топить их, отправлять на дно, и таким образом ослаблять чародея, который незаконно захватил трон. Будь он проклят!

Он собрался уйти, но внезапно охвативший Лютиена приступ истерического хохота заставил его задержаться. Этан склонил голову набок, пытаясь понять, почему смеется его брат, но Лютиен хохотал, не глядя в глаза старшему. Тогда Этан повернулся к Кэтрин и прочим товарищам Лютиена, но они не могли ничего объяснить.

— Ты сошел с ума? — спокойно спросил Этан, но Лютиен, похоже, не слышал его.

— Довольно! — неожиданно взревел Асмунд, и Лютиен резко оборвал смех, пристально глядя то на Этана, то на короля хьюготов.

— Ты не знаешь, — произнес младший Бедвир скорее утвердительно, чем вопросительно.

В диких глазах Этана сверкнуло любопытство, он тряхнул головой так, что его ничем не перевязанные волосы, казавшиеся сейчас даже светлее, чем раньше, рассыпались по плечам.

— Гринспэрроу больше не правит Эриадором, — резко сказал Лютиен. — И его лакеев тоже вышвырнули прочь. Монфора больше нет, поскольку восстановлено древнее имя, Кэр Макдональд.

Этан старался выглядеть равнодушным, но как расширились его глаза цвета корицы!

— Это Лютиен убил герцога Моркнея! — вмешалась Кэтрин.