— Здесь внутри двое были мертвы еще до нашего прихода, — объяснил эльф. — Один был обезглавлен, а женщина приколота к стене.

— Приколота изнутри, — уточнил Албондиэль.

— Да, и лезвие прошло насквозь.

— Тос'ун, — прошептал Албондиэль.

Он был в отряде Синнафейн, когда она захватила в плен этого дроу. Дроу с мечом Хазид-Хи, принадлежавшим Кэтти-бри. Только этот меч мог пронзить каменную стену.

— Когда они были убиты? — спросил Албондиэль.

— Перед рассветом, не раньше.

Албондиэль окинул взглядом окрестности деревни:

— Значит, он все еще здесь, возможно, наблюдает за нами.

— Я могу послать следопытов…

— Нет, — прервал его Албондиэль. — В этом нет необходимости, и я не хочу, чтобы кто-то из наших воинов связывался с изгнанником. Заканчивайте все дела, и уходим.

Немного позже груда тел, дерева и тряпок занялась огнем, а эльфы зажгли от костра факелы и подпалили крытые соломой крыши. При помощи бревен из ближайшей рощи эльфы разрушали все горящие строения, а камни, которые можно было вытащить из дымящихся развалин, относили к западному краю деревни, стоявшей на краю длинного крутого склона, и сбрасывали вниз.

Все, что орки построили на продуваемой всеми ветрами вершине холма, эльфы разрушили. До основания. Так, словно уродливые существа здесь никогда не появлялись.

Поздним утром, когда они уходили и темный дым все еще поднимался с пожарищ, Албондиэль снова внимательно осмотрел холмистые окрестности, гадая, наблюдает ли за ними Тос'ун.

Он действительно наблюдал.

Тос'ун Армго следил за тем, как поднимается толстый столб черного дыма и растворяется в плотной серой пелене туч. Хоть он и не знал, кто разыграл кровавую сцену — Албондиэль, или Синнафейн, или любой другой из тех, с кем он встречался и даже странствовал, — он был твердо уверен, что эльфы приходили из Лунного Леса. В этом он не сомневался.

Они становились все смелее и агрессивнее, и Тос'ун знал почему. Тучи вскоре разорвутся, и ветер подует с юга, принося с собой теплое дыхание весны. Эльфы старались посеять хаос в рядах орков. Они хотели до смены сезонов внушить ужас, смятение и малодушие, развеять решимость короля Обальда снова бросить свою армию на юг, против дворфов.

Или даже на другой берег реки, на восток, в Лунный Лес, в их любимое жилище.

При взгляде на разрушенную и сожженную деревню Тос'ун ощутил в душе укол одиночества. Он хотел бы присоединиться к сражению. Более того, дроу мог признаться самому себе, что предпочел бы уйти вместе с победоносными эльфами.

Глава 6

Прощание

В двадцатифутовом квадратном зале на специально вырубленных в северной стене для этой цели уступах горели сотни свечей. Рядом с закрытой деревянной дверью у восточной стены стояла гранитная плита. Прямоугольник гранита был аккуратно вырезан из пола, и на одной стороне рунами дворфов была выгравирована следующая надпись:

ДЭЛЕНИЯ КЕРТИ ИЗ ЛУСКАНА И МИФРИЛ ХАЛЛА

ЖЕНА ВУЛЬФГАРА, СЫНА КОРОЛЯ БРЕНОРА,

И МАТЬ КЭЛСИ

ПАЛА ПО ВИНЕ ОБАЛЬДА В ГОД РАССТРОЕННОЙ АРФЫ

1371 ПО ЛЕТОИСЧИСЛЕНИЮ ДОЛИНЫ

ЭТОМУ ЧЕЛОВЕКУ МОРАДИН ПРОТЯГИВАЕТ СВОЙ КУБОК

И ДУМАТОЙН НАШЕПТЫВАЕТ СВОИ ТАЙНЫ

ДА БУДЕТ С НЕЙ БЛАГОСЛОВЕНИЕ.

Над углублением, образовавшимся на месте вынутой плиты, на двух крепких бревнах покоился каменный саркофаг. Пара веревок проходила под ним с обеих сторон. Ящик был закрыт и запечатан после того, как Вульфгар отдал покойной последние почести.

Перед саркофагом, напротив свечей, в один ряд стояли Вульфгар, Бренор, Дзирт, Кэтти-бри и Реджис, а остальные гости, пришедшие на церемонию, образовывали за их спинами широкий полукруг. Кордио Хлебноголовый читал молитвы по усопшей.