— Гог, — обратился я к мальчишке. Он медленно выпрямился. — Они говорят мне, что ты слишком опасен. Это значит, что я не могу тебя оставить здесь. И отпустить не могу. Ты — тот случай, которым нельзя воспользоваться, оружие, которым невозможно владеть. — Я повернулся и обвел взглядом тронный зал: высокие сводчатые потолки, темные окна, лица Коддина, Макина, рыцарей. — Я пробудил Солнце Зодчих в недрах Геллета, а с этим ребенком мне не справиться?

— Йорг, то были тяжелые времена, — заметил Макин, опустив глаза в пол.

— Все времена тяжелые, — ответил я. — Вы думаете, здесь нам ничто не угрожает, здесь мы в безопасности? Изнутри замок, может быть, и кажется вам большим, но отъехав на милю, его можно накрыть одним пальцем. — Я посмотрел на Горгота. — Возможно, мне нужна новая геометрия. Возможно, нам нужно найти эту сердцевину и посмотреть: вдруг нам удастся переписать его судьбу.

— Йорг, силу ребенка нельзя удержать под контролем, — сказал Коддин. Смелый, коль отважился вставить слово, когда я вошел в раж. Именно такие люди мне и нужны. — Дальше будет еще хуже.

— Я увезу его в Химрифт, — сказал я. «Гог — оружие, и там я займусь его шлифовкой».

— Химрифт? — Горгот разжал кулаки, послышался хруст костяшек.

— Прибежище демонов и огня, — пробормотал Макин.

— Всего лишь родина вулкана, — сказал я. — Если быть предельно точным, четырех вулканов. И Повелителя огня. По крайней мере, так мне рассказывал мой учитель. И что нам мешает проверить, насколько приблизился к истине наставник будущего короля? Уверен, Гогу там понравится. Там все в огне.

5

ЧЕТЫРЬМЯ ГОДАМИ РАНЕЕ

— Йорг, это плохая идея.

— Опасная, Коддин, не значит плохая. — Я придавил скручивавшийся край карты кинжалом.

— Какими бы ни были шансы на успех, ты оставляешь королевство без короля. — Глядя на карту, он ткнул пальцем в Логово, словно указывал мне мое место. — Ты сидишь на троне всего три месяца, Йорг. Народ еще не успел поверить в тебя и принять как своего короля. Как только ты уедешь, дворянство начнет плести интриги. И сколько вооруженных всадников ты собираешься взять с собой? Пустой трон Ренара может показаться кому-то легкой и сладкой добычей. Даже твой родной отец не замедлит явиться к воротам замка с армией. И я не знаю, сколько народу откликнется на твой призыв к обороне.

— Мой отец не послал к этим воротам армию даже тогда, когда были убиты моя мать и брат. — Моя рука непроизвольно сжала рукоятку кинжала. — И сейчас он не выступит против Логова, слишком занят тем, что осталось от Геллета.

— Так сколько же вооруженных всадников ты собираешься взять с собой? — Повторил свой вопрос Коддин. — Одного Дозора мало будет.

— Я никого не собираюсь брать с собой, — ответил я. — Стоит мне появиться с большим отрядом солдат на чьей-либо территории, может и война разразиться. — Коддин собрался поспорить, но я его оборвал. — Со мной отправятся только братья. Они любители романтики дорог больших и малых, мы столько лет по ним бродили счастливо, и никто не мог нам в этом помешать.

Вошел Макин, держа под мышкой несколько больших карт, скрученных в рулоны.

— Готовитесь? — сказал он и усмехнулся. — Хорошо. У меня пятки горят, так хочется поскорее сбежать отсюда.

— Ты останешься в замке, брат Макин, — остудил я его пыл.