— Когда ты направляешься в королевский замок, считается дурным тоном убивать встретившихся на дороге путников, — успокоил я его. — Пусть даже такую ничтожную ватагу, какую мы из себя представляем.

Я продолжил ехать вперед, остальные, помешкав, следовали за мной.

Поднявшись на очередной холм, мы увидели рыцарей еще ближе. Они двигались не спеша, выстроившись в линию, пару узких знамен трепал ветер. Это был не случайный сброд и не придворные рыцари; их латы и оружие заставили устыдиться моих гвардейцев.

— Дурная затея, — пробормотал Макин, воняющий навозом.

— Когда же ты прекратишь предупреждать меня о том, что мне нужно беспокоиться, — сказал я.

Рыцари Стрелы продолжали двигаться вперед. Копыта лошадей стучали по горным камням. Мне хотелось возникнуть у них перед носом и потребовать дорожную пошлину. Это, вероятно, стало бы громкой историей, но короткой. Я дал команду отступить в сторону и наблюдал, как рыцари приближаются. Окинул взглядом свое войско — безобразная компашка, и только левкроты выгодно выделялись.

— Горгот, попробуй спрятаться за лошадь Райка, — приказал я. — Я знал, что нам этот пахарь пригодится.

Я вытащил из-за пояса кинжал и принялся вычищать им грязь из-под ногтей. Гог вонзил ногти мне под ребра, когда на тропе показались первые рыцари. Их лошади перешли на шаг, проезжая мимо, некоторые воины повернули головы, остальные не выказали никакого беспокойства. Лица скрывали забрала. Двое, ехавшие в центре колонны, зацепили мой взгляд, по крайней мере, их латы привлекли мое внимание — с желобками, как у тевтонских рыцарей, начищенные до блеска, так что свет, преломляясь, играл всеми цветами радуги. Рядом с ними бежала охотничья собака, короткошерстная, с крепкой грудью и длинной мордой. Тот из важных рыцарей, что был слева, поднял руку, и вся колонна остановилась, даже ехавшие впереди, хотя, казалось, они не могли видеть знака.

— Ну что? — произнес он твердо и требовательно.

Он снял шлем — можно сказать, совершил глупость, его голова в любой момент могла стать мишенью для невидимого арбалетчика. Влажная от пота светлая прядь прилипла ко лбу.

— Добрый день, сэр рыцарь, — сказал я и чуть наклонился вперед.

Голубые глаза смерили меня сверху донизу. Он напомнил мне сэра Галена, защитника Катрин.

— Парень, далеко еще до замка Ренара? — спросил рыцарь.

Что-то подсказывало мне, что он отлично знал, где находится замок и как долго туда ехать. Так ворона знает, как взлететь, так увечный знает, как передвигаться.

— Замок короля Йорга вон там, миль десять, — я махнул рукой, в которой держал кинжал, в ту сторону, куда тянулась тропа. — И подъем около мили.

— Король? — рыцарь улыбнулся. Красивый, как и Гален, блондин с широкими крепкими скулами. Такой вскружит голову любой девчонке. — Старый Ренар никогда не считал себя королем.

Я начинал ненавидеть этого рыцаря, и не только за его говорливость.

— Граф Ренар владел лишь Высокогорьем. А король Йорг наследник земель Анкрата и Геллета. Этого достаточно, чтобы быть королем, — по крайней мере, здесь.

Я сделал вид, что изучаю его зерцало. На нем был выгравирован дракон, сверху покрытый красной эмалью, он стоял на задних лапах, сжимая стрелу, поднятую над головой. Хорошая работа.

— Вы из Стрелы, милорд? — поинтересовался я и, не дожидаясь ответа, повернулся к Макину. — Макин, ты знаешь, почему та земля называется Стрелой?

Тот покачал головой, уткнувшись взглядом в луку седла. Было видно, что с его губ готова была сорваться фраза: «Плохая затея».

— Потому, что стрела, выпущенная на северной окраине, упадет на южной, — пояснил я.