Разве кому то может быть тяжелее, чем ей? Внезапно Дани осознала, что страх, который так долго сопровождал ее любовь к Энтони, исчез. Его уничтожило признание Энтони в своей уязвимости, и ее охватило страстное, почти материнское желание защитить его. Странно, какой раскованной и свободной она чувствовала себя без этого страха. Какой сильной. Впервые в своей жизни она была с Энтони на равных.

– Ты знаешь, я даже рада, что напилась, – глухо сказала она. – Алкоголь сглаживает острые углы и проясняет запутанные проблемы. – Ее пальцы скользнули по его щеке к губам. – Знаю, ты не прощаешь слабости, но в данный момент я счастлива, что потеряла контроль над собой.

Энтони нахмурился.

– Ты почему то считаешь меня напыщенным идиотом. Все не так, Дани. Человек не имеет права судить других людей, когда у него самого полно недостатков. Я просто думаю, что человек должен бороться с ними. – Он мягко сжал ее руку, потом отпустил и поднялся на ноги. – Я лучше отнесу тебя в постель. Сегодня ночью нам не стоит вести серьезных разговоров.

Он ошибается, подумала Дани, однако не стала протестовать, когда Энтони поднял ее на руки и понес к двери.

Если бы не странное бесшабашное настроение, которое овладело ею этим вечером, она никогда бы не смогла освободиться от страха, который так долго калечил ее жизнь. Сейчас ее душа словно освободилась от пут и наконец очистилась.

Дани попыталась сказать об этом Энтони, но слова не шли – ей было так восхитительно тепло в его руках, поэтому она решила ограничиться протестом.

– Я не хочу в постель.

– Не глупи. – Он легко преодолевал ступени лестницы. – Ты заснешь в один момент, как только твоя голова коснется подушки.

– Ретт Батлер.

Он удивленно посмотрел на нее.

– Что?

– Ретт Батлер нес Скарлетт по такой же лестнице, – сказала Дани мечтательно. – Бо не любит Ретта. Он же был приспешником янки, как ты знаешь.

– Да уж читал.

– А тебя Бо любит, – добавила Дани, прижимаясь к Энтони. А он в великолепной форме, подумала Дани. Его сердце бьется как часы, хотя он несет ее по лестнице. – Он тебе очень благодарен.

Его руки сжались сильнее.

– Как я понимаю, Бо ознакомил тебя со всеми своими проблемами. Ему не за что благодарить меня. – Внезапно голос Энтони стал суровым. – Хотел бы я, чтобы он не болтал попусту языком. Мне не нужна благодарность ни сейчас, ни потом, ни от него, ни от тебя. Я делаю то, что хочу, и никто мне ничем не обязан.

Раньше его суровость напугала бы ее, но то время прошло.

– Очень хорошо, никто тебе ничего не должен, – с готовностью согласилась Дани. – Я постараюсь не забыть об этом в следующий раз, когда мне захочется послать тебя к черту.

После секундного молчания раздался удивленный смешок Энтони.

– Ты ведь так и сделаешь. – Его губы легонько коснулись ее макушки. – Правда, это ничему не поможет. Тебе все равно придется делать то, что я скажу.

– Посмотрим, – весело отозвалась Дани. – Не зарекайся.

Энтони открыл дверь ее спальни и на мгновение остановился у порога, глядя на Дани одновременно и одобрительно, и насмешливо.

– Не буду. – Он ногой захлопнул дверь, затем осторожно прошел по темной комнате к кровати и опустил Дани на светлое покрывало.