|
— Карл, вы надорветесь! Амбруаз Паре все время твердит вам об этом, и совершенно справедливо: это очень вредно! — Вот так так! Хотел бы я знать наверняка, что умру именно от этого, – ответил Карл. – Я еще успел бы похоронить здесь всех, даже Анрио, хотя ему, по уверению Нострадамуса (Нострадамус (Мишель де Нотр-Дам, 1505 – 1566) – знаменитый французский астролог.), предстоит наследовать нам всем. Екатерина нахмурилась. — Сын мой, не верьте этому: это, конечно, невозможно, берегите себя, – сказала она. — Я протрублю всего-навсего две-три фанфары, чтобы повеселить моих собак, несчастные животные дохнут от скуки! Надо было натравить их на гугенотов, то-то разгулялись бы! С этими словами Карл IX вышел из комнаты матери, прошел в Оружейную палату, снял со стены рог и затрубил с такой силой, какая сделала бы честь самому Роланду (Роланд – франкский маркграф, герой эпоса «Песнь о Роланде», обладавший прославленным рогом Олифантом.). Трудно было понять, как из этой слабой болезненной груди, из этих бледных губ могло вырываться такое могучее дыхание. Екатерина сказала сыну правду: она действительно ждала некое лицо. Через минуту после ухода Карла вошла одна из придворных дам и что-то сказала ей шепотом. Королева-мать улыбнулась, встала с места, поклонилась своим придворным и последовала за вестницей. Флорентиец Рене, с которым король Наваррский в самый канун св. Варфоломея обошелся столь дипломатично, только что вошел в ее молельню. — А-а, это вы, Рене! – сказала Екатерина. – Я ждала вас с нетерпением. Рене поклонился. — Вы получили вчера мою записку? — Имел эту честь, государыня. — Я просила вас снова составить гороскоп и проверить тот, который составил Руджери и который в точности совпадает с предсказанием Нострадамуса о том, что все три мои сына будут царствовать… Вы это сделали? За последние дни обстоятельства сильно изменились, Рене, и я подумала, что и судьба могла стать милостивее. — Ваше величество, – покачав головой, ответил Рене, – вы хорошо знаете, что обстоятельства не могут изменить судьбы, наоборот: судьба управляет обстоятельствами. — Но вы все-таки возобновили жертвоприношения? — Да, государыня, – ответил Рене, – повиноваться вам – мой долг. — А каков результат? — Все тот же, государыня. — Как?! Черный ягненок все так же блеял три раза? — Все так же, государыня. — Предзнаменование трех страшных смертей в моей семье! – прошептала Екатерина. — Увы! – произнес Рене. — Что еще? — Еще, государыня, при вскрытии обнаружилось странное смещение печени, какое мы наблюдали и у двух первых ягнят, то есть наклон в обратную сторону. — Смена династии! Все то же, то же, то же… – пробормотала Екатерина. – Но ведь надо же бороться с этим, Рене! – продолжала она. Рене покачал головой. — Я уже сказал вашему величеству: властвует рок, – ответил он. — Ты так думаешь? – спросила Екатерина. — Да, государыня. — А ты помнишь гороскоп Жанны д'Альбре? — Да, государыня. — Напомни, я кое-что запамятовала. — Vives honorata, – сказал Рене, – morieris reformidata, regina amplificabere. |
