– А почему бы и нет, интересно знать? – зашипела она. – С нами они хотели поступить именно так!

– Я знаю, но ты же понимаешь, как это плохо!

– Нет, не понимаю! Мы ничем перед ними не провинились. Они начали первые и заслужили смерть! Каждый из них! – Росянка бросила хмурый взгляд на мешочек с Книгой. – Ну, кроме тебя, но ты не такая.

– А если есть и другие не такие? А как же маленькие драконята? – в отчаянии всхлипнула Сверчок. – Со времён Древесных войн прошло столько лет, многие нынешние ядожалы даже ещё не родились тогда. А были ведь и несогласные, я читала! Они пытались остановить Осу, помочь листокрылам и сохранить деревья. Тоже, скажешь, заслужили…

Она вдруг осеклась. Как же раньше в голову не пришло? Откуда вообще взялись несогласные, если у королевы такая власть над разумом подданных? Тем более во время войны: Оса подавила бы всякое сопротивление в зародыше! Как же им удалось хотя бы высказаться?

Неужели её власть не действовала и на них?

– Несогласные! – презрительно фыркнула листокрылая. – Шумели на улицах, пока их сородичи нас уничтожали. Может, как-то и помогло бы, но под конец и несогласных не осталось. Когда рубили последнее дерево, ни один ядожал не возразил!

– А может, они не могли? – Сверчок лихорадочно соображала. – Может, Осе удалось подчинить всех только к концу войны?

Избавилась от тех, кто не поддавался контролю, или… Вдруг королева не всегда была такой, а обрела свои способности потом?

– Лично я тоже считаю, что ульи надо сжечь! – вдруг выпалил Мечехвост. – Думаю, и Луния согласится, даже если мы не убедим Синя.

Сверчок возмущённо развернулась к нему.

– Да включи ты свои мозги! Представь, что такое горящий улей! Кто там погибнет первым? – Она поправила очки, пытаясь преодолеть нервную дрожь. – Ваши же драконята, шелкопряды! Ни в чём не виноватые, беспомощные, бескрылые, в школах и садах, в яйцах и коконах! В своих домах над крышей, на шёлковой паутине! Ядожалы-то как раз в большинстве улетят, а они?

Мечехвост побледнел и опустил глаза.

Она обратилась к Росянке:

– Как бы то ни было, убийство ядожалов ничего не решит! Вы лишь развяжете новую войну, ещё ужаснее той последней, и на этот раз Оса не успокоится, пока не вырежет вас до последнего… А заодно и шелкопрядов, если узнает, что они причастны к поджогам!

– Вряд ли, – с горечью хмыкнул Мечехвост, – наш шёлк – важный и ценный ресурс.

– Ну, по крайней мере сильно испортит вам жизнь.

Он с рёвом схватил комок травы и швырнул в стену, а затем принялся топтать остальные, превращая аккуратную кучку, которую сложила Сверчок, в грязно-бурое месиво цвета кальмарьих чернил.

– Я хочу отомстить! Пусть на себе испытают, что такое парализующий яд, пусть тоже потеряют любимых…

– А я хочу посмотреть, как их дома рушатся в огне! – прорычала листокрылая. – Пусть испытают на себе то, что сделали с нами!

– Я с тобой! – обернулся распалённый шелкопряд. – Сделаю всё, что прикажешь!

Сверчок спрятала глаза в лапах. Такую ненависть можно понять – но не принять. Как жаль, что нет Синя, он сумел бы смягчить ожесточённые драконьи сердца. А что может она сама, зная лишь химию да ботанику с математикой? Сухую научную логику не противопоставишь справедливому гневу.