Цыганский король улыбнулся:

— Вы в цирке видели цыган?

— О да, в цирке были цыгане, да и в нашей деревне их тоже много — но они совсем на вас непохожи.

— А чем они отличались?

— Ну, английские цыгане ходят в лохмотьях, и они бедны, и…

— И грязные?

— Э… да. Но прошу вас, не подумайте, будто я как-то сравниваю вас с ними. Вы — другие, совсем-совсем другие.

— Значит, вы снова говорите мне комплименты. Это так мило с вашей стороны. Но я уверен, стоит вам сказать живущим здесь людям, что в ту ночь вам помогли цыгане, у них тут же найдутся упреки и обвинения в адрес моего народа. Сабина смутилась:

— Это были в основном англичане, так что они судили о вас по своим меркам. А это не всегда верно.

Это великодушно с вашей стороны, но вы скоро обнаружите, что и французы не очень-то нас жалуют. В Венгрии все иначе. Нас везде принимают. В моей стране цыгане занимают особое место. Они могут, если захотят, овладеть любой профессией и достичь любых общественных высот.

— А их музыка прекрасна, как мне говорили, — подхватила Сабина. — Но какая же я глупая — я это и сама знаю! Я слышала, как играли ваши люди вчера ночью — а сегодня я слышала, как играли вы!

— Благодарю еще раз, — сказал цыган. — Если бы вы знали, как мне приятно слышать вас, ведь так часто нам приписывают лишь всевозможные пороки, злобу и брань.

— Возможно, это происходит оттого, что люди вас попросту боятся? — предположила Сабина.

— Боятся?

— Да. Вы кажетесь такими свободными и счастливыми. Вы идете туда, куда хотите, и вы не обременены ни собственностью, ни ограничениями, навязанными обществом. Кроме того, они считают, будто вы владеете приемами колдовства.

Цыган улыбнулся:

— Хотите, я прочитаю ваше будущее?

— Нет, — поспешно сказала Сабина. — Я не хочу знать свое будущее. Настоящее так… прекрасно.

— Вам нравится в Монте-Карло?

— Это просто чудесно! Я не могу вам передать, как сегодня все было увлекательно.

— Вы выглядите счастливой, — тихо сказал он.

— А я и счастлива, — ответила Сабина. — Кто же может быть несчастлив в таком прекрасном месте? А се го дня вечером все были так добры ко мне. Я и забыла о своей робости, не волновалась о том, что сделаю что-нибудь не так. — Она тихонько вздохнула. — Я думаю, это благодаря моему платью.

— Вашему платью? — переспросил цыган. Сабина кивнула:

— Видите ли, у меня никогда еще не было такого прекрасного платья. О, вы не понимаете, но я знаю, это не вокруг меня суетились люди, не мне говорили комплименты, а… моему платью.

— Возможно, я не очень хорошо вас понимаю, — сказал цыган. — Будьте добры, объясните мне.

Сабина всплеснула руками:

— Мне не следует говорить о себе. Это не может быть вам интересно.

— Наоборот, это мне очень интересно. Вы должны все объяснить мне, иначе я умру от любопытства.

— Хорошо, это было так, — начала Сабина. — Когда я приехала в Лондон вскоре после того, как мне исполнилось семнадцать, я гостила у моей тетушки. Она представила меня ко двору и отвела на несколько балов, и я думала, что все будет просто замечательно, как сегодня вечером, но… я ошиблась. — Сабина горестно вздохнула и задумалась. — Моя одежда причинила маме столько беспокойств. Видите ли, мы не могли себе позволить купить роскошные наряды.