|
Британским куттерам, как и голландским яхтам, поручалось снимать терпящих бедствие со сбитых обломков рангоута или репетовать сигналы адмиралов. «Кестрел» состоял в дивизионе Онслоу, и вскоре Дринкуотер обнаружил себя среди хаоса ревущих снарядов, крутых волн и воющего ветра. Дым и туман заволокли сражающихся, орудийные сполохи яркими вспышками разрывали тусклый дневной свет.
Через несколько минут Дринкуотер потерял из виду «Монарха», скрывшегося за голландскими кораблями, поэтому повернул на норд, на соединение с «Расселом». Но Троллоп тоже прорезал линию, и «Кестрел» оказался вдруг напротив кормы нидерландского семидесятичетырехпушечника «Брут», несущего на бизани флаг контр-адмирала.
Сквозь клубы дыма с подветра обрисовался бриг, и его капитан отнюдь не выказал благородства или равнодушия, проявленным старшим его собратом с линейного корабля. Вокруг куттера засвистели ядра, полетевшие от разбитого фальшборта щепки ранили одного из матросов, и его, истекающего кровью, снесли в каюту, где Эпплби разложил на столе свои мрачные инструменты.
— Руль на ветер! — проревел Дринкуотер. Теперь, когда наступил финальный, искупительный момент битвы, во взгляде его светилась решимость. — К шкотам!
Куттер повернул, уклоняясь от крупного не по зубам оппонента и направляясь на север. Он прошел мимо «Брута», спешившего на помощь де Винтеру, корабль которого вступил в схватку сразу с несколькими «англичанами».
Внезапно перед «Кестрелом» возникли очертания голландского шестидесятичетырехпушечника, выкатившегося из линии и спустившего флаг. С мгновение Дринкуотер колебался, не направить ли на борт призовую команду, поскольку было сомнительно, что противник «голландца», «Трайомф», на которого слева наседали фрегат и семидесятичетырехпушечник «Генеральные Штаты», имеет такую возможность. Но тут куттер резко вздрогнул. Один моряк из расчета орудия номер двенадцать упал, разрезанный буквально надвое ядром, выведшим затем из строя ялик и проломившим гакаборт. Это обстрелявший их бриг поднял марсели и теперь нагонял «Кестрел».
Дринкуотер лихорадочно огляделся.
— Руль на ветер! Выбрать шкоты, круче к ветру насколько возможно! Опустить центральные пластины! А это, — он указал на подергивающиеся куски мяса, бывшие недавно живым человеком, — сбросьте за борт, черт побери!
«Кестрел» пошел в бейдевинд, уходя от погони как прошлый раз при Уэссане. Паруса его туго обтянулись, брызги взметались над бортами, падая на ют. Натаниэль посмотрел за корму.
— Вот так дела, чтоб мне провалиться! — воскликнул он, а стоявший рядом Хилл присвистнул.
Бриг, неспособный идти так круто к ветру, подошел к решившему сдаваться шестидесятичетырехпушечнику «Вассанэр». Видя его позорное поведение, бриг открыл по линейному кораблю огонь. Через минуту голландский триколор снова поднялся над последним и затрепетал на ветру.
— Это вам не с лягушатниками драться, мистер Дринкуотер. Смотрите, по мачтам не бьют, все в корпус. Черт, эти проклятые квадратноголовые знают как сражаться! Господи, ну и потерь у нас будет, выше крыши…
Впереди появился «Рассел» и «Кестрел» повернул, пристраиваясь к флагману.
— Сэр, — прокричал в рупор Дринкуотер. — Перед вами шестидесятичетырехпушечник. Можно брать!
Он увидел, как Троллоп махнул, давая знать, что понял.
С минуту или две куттер шел рядом с линейным кораблем, могучим, величественным и смертоносным орудием, устремляющимся на добычу. Борта «Рассела» уже были побиты ядрами, некоторые из них застряли в обшивке. Сквозь рваную дыру, соединившую два соседних пушечных порта, виднелись ухмыляющиеся рожи матросов. |