— Понял. Не лезем к профессионалу, — миролюбиво поднял руки вверх Секретарь. — Сам речь заготовь, а мы потом посмотрим и поправим, если чего.

— Согласна! — сказала Греяна. — Но про дружбу с Озёрным королевством и нерушимость братства всех частей империи обязательно вставь. Достаточно пары слов, а люди сами их в слухах дополнят… Дополнят и разнесут.

— «Голос Творцов» нужен? — спросила Юнолина. — Помнишь, я в Босвинде громкоговорящий амулет сделала, чтобы общаться в тёплых помещениях, самой не появляясь.

— А! Тот «патефон»?

— Идиотское название, но не об этом сейчас. Я с собой его припёрла. Есть возможность накачать его крупицами сущего под самую завязку и выдать оглушительно громкий звук. Хватит секунд на двадцать — потом сгорит. Если правильно замаскировать неподалёку от лагеря, рассеять звук, то ни у кого сомнения не вызовет голос с небес.

— Сгорит или половину лагеря опять разнесёт? — подозрительно поинтересовался Саним Бельжский.

— Думаю, что волноваться не стоит, — вступился Кортинар за свою дочь. — Мы с ней вместе обсудим и подготовим амулет к работе, чтобы исключить возможные риски.

На том и порешили.

Я с Юнолиной сразу же направился к нашей шутовской братии объяснять новую диспозицию и разрабатывать представление.

Вот что значит спаянная команда! Много идей, дополняющих чужие, жаркие споры, где каждый не только говорил, но и слышал собеседника, чёткое распределение ролей. Солнце ещё не успело уйти за горизонт, а план представления уже был готов. Штих и Юнолина, поначалу сидевшие поодаль друг от друга, незаметно оказались рядом и, забыв разногласия, вместе работали над проблемой. Так и вышли, чуть ли не обнявшись.

— Эй! — крикнула им вдогонку Колокольчик. — Будете мириться — лица не порасквасьте!

— Так мы, вроде, уже, — ответил ей Хитрован. — Чего прошлое ворошить? Пойдём прогуляемся теперь немножко.

— Что? Вот так просто? — не поверила моя жена. — А где скандал?! Где взаимные упрёки и жаркое примирение?! Так не пойдёт! Я всё ждала, чтобы подсмотреть, а вы мне всё развлечение испортили! Негодяи оба! Лан! Давай, хоть ты с Парбом отношения выяснять начнёшь? Завтра моего мужа должны подстрелить, и волнуюсь сильно. Думать больше ни о чём не могу. А? Лёгкая ссора, а мы вас быстренько помирим! Чужие проблемы хорошо от своих отвлекают.

— Я знаю, чем тебя отвлечь можно, — обнял я провокаторшу. — Поверь, посторонние нам не понадобятся.

— Точно! — хихикнула Ланирия. — Ты «развлекай», а мы… Подсмотрим! Думаю, Фанька будет не против, раз сама такая!

— Во! — показала всем дулю Колокольчик. — Насмотритесь, а потом завидовать будете!

Все, смеясь, разошлись.

— Ну и что это было? — поинтересовался я у жены.

— Расшевелить захотелось. У всех лица такие серьёзные… Совсем забыли, какими шуты должны быть — немного сумасшедшими. Вроде получилось.

— Получилось, «стратег»! И ты права — дурость лёгкая сейчас не помешает. Передумаем, перегорим — ошибок наделаем…

Утром первой из лагеря ушла Юнолина. Привычное дело — обход периметра безопасности. Где-то через часик Греяна прилюдно приказала мне взять несколько человек и сходить посмотреть, что там на окраине леса происходит. Тоже, в принципе, нормально — неподдающихся магии полностью только я и Фаннория, но она беременна. Взяв Парба, Штиха и, для достоверности, несколько простых воинов, не подозревающих ни о чём, двинулся в нужную точку рандеву, где архимагесса должна из зарослей запустить в меня арбалетный болт, подправив его магией так, чтобы встал впритирку с сердцем, не задев чего-нибудь очень нужного.