— Пустите! — вопила она, обращаясь ко всем сразу. — Убью! Магичить на меня?! У меня там ребёнок! Хоть прыщик у него после рождения вскочит, раздеру на части! Нет! Сейчас раздеру! Волосы все повыдёргиваю! Не сметь меня лапать!

— Тихо… Тихо… — успокаивающий голос мужа постепенно приводил её в чувство. — Всё, родная… Ты молодец… Умница… Я рядом…

— Илий? — немного придя в себя, спросила Фаннория.

— Ну, а кто ещё, глупышка? Теперь расслабься и дай доделать дело профессионалу.

— Профессионалу? Куда уж профессиональнее? — спросил, разглядывающий побоище через свои оранжевые очки, архимаг у вновь появившегося Харма. — Кажется, я тот — прошлый, сделал правильный выбор защитницы. Хм… А с виду и не скажешь.

8. Кулаки после драки

Едва выйдя от Ипрохана в полном смятении чувств и мыслей, я был атакован Чернышом, который со словами: «Помощь нужна!», переместил меня в родную опочивальню. Картина, представшая перед глазами, заставила офигеть и замереть на несколько секунд: моя Фанни лупила Первую Советницу так, что будь последняя птицей, то можно было бы смело сказать, что от неё пух и перья летели в разные стороны! Ещё немного и размажет ведьму по паркету, а она нам живая нужна. С трудом оттащил брыкающуюся малую, превратившуюся в настоящую фурию, и успокоил. Жена прижалась ко мне, дрожа и всхлипывая от отката адреналина, а я спросил архимага:

— Что тут творится?! Откуда эти бабьи бои?!

— Молодой человек, — ответил вопросом на вопрос Кортинар, — а с какой стати ты устраиваешь здесь допросы?

— Это Илий Король Шутов! Тот самый, про которого Веблия спрашивала! Помнишь? — вмешался Черныш. — Друг! У нас беда! Моему бывшему хозяину пришлось себе память за несколько лет стереть! Никого, кроме меня, не помнит! Я его сюда, а эта гадина за ним, чтобы убить! А Фанни ей не разрешила, а та на неё магичить, а эта по мордасам Советнице, а тут я тебя, а ты…

— Стоп! — прервал я эмоциональную речь. — Совсем запутался!

— Всё просто, шут, — попытался объяснить уже архимаг. — Вероятно, я действительно стёр себе память, чтобы не дать Советнице некую важную информацию. Девушка по имени Фанни пришла на помощь, и мой слуга как-то в этом всём замешан. Не думаю, что за несколько лет у меня случилось помрачение рассудка, и происшедшее в этой комнате должно выстроиться в логическую цепочку, которую сплёл сам до потери памяти. Разберёмся позже, а сейчас важен другой вопрос, пока Веблия не очнулась: что делать дальше?

— Ничего. Фань! Ты как?

— Добью паскуду! — честно ответила жёнушка, кровожадно глядя на лежащее тело.

— Понятно, в норме. Короче! Все валите в комнату Фаннории, а мой разговор с ведьмой ещё только начинается.

— Но…

— Это приказ, Колокольчик! Бери старика и Харма, и чтобы через минуту духу вашего не было!

Сказано это было таким тоном, что других вопросов ко мне не возникло, и троица удалилась.

Сел, ожидая, когда Веблия придёт в себя. Та очнулась достаточно быстро, но ещё какое-то время лежала, притворяясь беспомощной и залечивая раны.

— Заканчивай! — потеряв терпение, приказал я. — Вижу же, что в норме. Или кипятком окатить для поднятия тонуса?

Советница встала и, поправив пришедшее в негодность дорогое платье, ухмыльнувшись, уселась напротив.

— Ты только что себе и своей недоразвитой приговор подписал, — спокойно, слегка пришепётывая губами, больше похожими на два разваренных пельменя, начала она.