Изменить размер шрифта - +
С экрана вместо конопатой мальчишеской физиономии на него смотрело изрядно покрытое шрамами лицо взрослого мужчины, которому не мешало бы побриться и сходить на прием к косметологу.

— А…а…а где Люка Ажен? — наконец смог выговорить Алан.

— Да здесь он, здесь, — успокоил неизвестный и отодвинулся от экрана, чтобы показать во всей красе всю честную компанию.

Увидев кроме пацана еще и взъерошенного мужичка в оранжевом комбинезоне космогеолога в обнимку с полуголой девкой, Алан снова онемел. Поразила его и реакция девицы, она почему-то не взвизгнула, едва увидела героя космоса, а глянула с любопытством, словно сам факт появления человека на экране ее заинтересовал намного больше, нежели личность этого человека.

— Кто вы, что вы там делаете? — заревел Алан, забыв об улыбке.

— Долгий разговор, командир, — сквозь зубы процедил мужик со шрамами. — Почему мы еще в полете? По расписанию мы давно должны быть на Зое.

— Но обстоятельства, непредвиденные обстоятельства, — неуверенно заговорил Алан. — Этот мальчик, он попал в беду и… А какого черта?! — снова закричал он, сообразив, что оправдывается перед неизвестным ему наглецом, непонятно каким образом попавшим в трюм его корабля.

— Стоп, контора! — перебил его неизвестный. — Ты можешь сказать конкретно, когда мы будем в порту Зоя?

— Очень скоро, и уверяю, там вас будет ждать космополиция! — рявкнул Алан и отключился. Черт-те что творится! И главное, в его последний рейс. И полицию-то не вызовешь, не хватало еще, чтобы космокопы заинтересовались накладными на шесть контейнеров в самом углу трюма. Но связаться с диспетчером космопорта не помешает.

  

ДИСПЕТЧЕР

Внезапно монитор мигнул и выдал зеленую точку. Ого, кто-то к нам «припрыгал». Через минуту компьютер сообщил, что на орбиту после пространственного прыжка прибыл средний крейсер-транспортник «Счастливая Барракуда», порт приписки Луна-3, пилот Алан Зитцдорф. Вот дела! Алан Зитцдорф — герой космоса собственной персоной! И с какой стати его сюда занесло? Может, искупаться захотел? Тогда чуток поторопился, океан еще весь в цвету, попахивает еще, вот если через месяцок, тогда, пожалуйста, сколько угодно.

— Я борт «Барракуда», пилот-навигатор Алан Зитцдорф, вызываю на связь диспетчерскую Райских Кущ, — донеслось из динамиков.

— Я диспетчер космопорта Райские Кущи лейтенант Герберт Секач, — ответил Секач. — Приветствую вас, мистер Зитцдорф, как дела?

— Дела в норме, прошу разрешение на посадку, укажите сектор приземления.

— Да садитесь куда хотите, космодром пуст, как брюхо пигмея во время засухи.

— Не понял вас, лейтенант. Отвечайте по уставу!

— Извините, капитан. Садитесь в седьмой сектор, а вы что, с грузом?

— Да, везу шесть контейнеров груза и объект экстренной ситуации.

— Странно, в расписании вас нет…

— Вы что там, спите целыми днями? Я недавно только связывался с вами и предупреждал, что у меня срочный груз, к тому же, на борту мальчишка, попавший в беду на Урании.

— Со мной? — переспросил удивленный Секач.

— Ну, может быть, не с вами лично, а с вашей диспетчерской, и получил «свободный пространственный коридор».

— Может быть, это мой сменщик?..

— Слушайте, диспетчер, разберитесь там сами. Где, говорите, мне садиться? В «седьмом»? До встречи…

Едва связь отключилась, Секач лихорадочно начал проверять все сообщения по входящим каналам. Черт побери! Крупник, ублюдок! Вот ведь сволочь! На экране сообщений значилось, что диспетчер Крупник выдал разрешение на посадку межгалактическому малому транспортному кораблю «Счастливая Барракуда», имеющему на борту подростка, спасенного во время бури на планете Урания.

Быстрый переход