— Говорят, контрабандой парень промышляет, — просто объяснил андроид, — в особо крупных размерах. Непорядок…

— Ну ладно, Анди, приятно было с тобой пообщаться, — сказал волонтер как только можно добродушнее, — Будь здоров, С-502, извини, мой рейс…

— С-502-б, — поправил андроид.

— Что? — волонтер едва не выронил свой кредитник из рук.

— Я модель бэ из новой серии С, — сказал андроид, снова делая знак бармену. — Это более умная и человечная серия, усовершенствованная модель. Поэтому и не пристрелил тебя, как только увидел, подлый предатель. Ты бы это… в память о наших славных совместных делах связался бы, что ли, с центром да покаялся. Там ведь люди работают, а не железяки бездушные. Послушали бы тебя, понять бы попытались, а? А то стыдно как-то перед друзьями подвигами хвалиться. Получается, что свершал подвиги на пару с дезертиром. Смешно и обидно…

Волонтер не ответил, молча расплатился с барменом и пошел к гардеробу. Спокойно протянул карточку, взял свой рюкзачок, накинул куртку, прицепил кобуру к бедру. Уже в шлюзовой камере обернулся. Андроид так же стоял у стойки и сосал свою «Маргариту». Словно почувствовав взгляд волонтера, он обернулся и сделал пальцами движение, словно набирает номер на диске старинного телефона, мол, позвони в центр, а то перед ребятами неудобно…

В центр звонить он не собирался и не собирается. Даже под страхом смерти. Позвонишь, тут же тебя за жабры, вешают срок и снова в дело. Теперь уже не по контракту, теперь уже пока срок не кончится. А срок будет долгим. Только хрен они угадали! Хватит, навоевался! Надоели эти сумеречные миры с монстрами, эти боевые операции в катакомбах, полных слизи и воняющих серой, эти джунгли, где даже бабочки ядовитые. Надоели эти друзья с искусственными мозгами, которых вытаскиваешь из-под огня, рискуя своей шкурой, с которыми делишься последним сухпайком, а через пять минут они получают из центра приказ о самоликвидации, и ты счищаешь с себя ошметки их синтетических потрохов. Нет! Больше не надо! Герра была последней каплей, там половина отряда сгинула, оставшаяся половина умом тронулась. Да и он бы сам с катушек слетел, если б не надо было как-то разобраться в управлении челнока, отбиваясь от хохочущих идиотов из оставшейся в живых команды, и как-то запустить двигатели. Так что все, центр, будем считать, что капитан космолегиона Ларри порядковый номер КаЕ41722 все свои долги отработал. Теперь он хочет только покоя. Никаких сверхсекретных операций, никакого героизма! Хочет обычной рутинной работы: зачистить площадку под высадку переселенцев, погоняться по пустыне за сбежавшими каторжниками, обезвредить какого-нибудь террориста, задумавшего взорвать космопорт или космолайнер инспектора Межгалсоюза. Главное, чтобы люди рядом были живые, чтоб была уверенность, что дерево рядом — это дерево, а не разумная субстанция со стрекательными нитями, что твой напарник в окопе — человек, и он не распочкуется на твоих глазах на дюжину ежиков с вертикальным взлетом. Хочется спокойной человеческой работы.

Но покой покоем, а отсюда надо сваливать. Ясно, что поездка на Марубай отменяется. Дезертир не был уверен, насколько более человечной стала модель С-502-б, но о встрече в центр андроид непременно доложит, если еще не доложил. Поэтому давайте сразу забудем о службе в легионе, да простит его генерал О'Нилл, забудем обо всех пассажирских рейсах, где необходима регистрация, и найдем способ покинуть эту уютную планету иным путем. А это значит? Грузовой терминал!

Аэротакси у казарм космолегиона? Очень кстати! С каких пор тут такие либеральные порядки? Раньше легионеров до отправки по месту службы исключительно за колючкой держали. Ах да, он же еще волонтер – подъемных не получил.