Через пару минут Алена почувствовала, как в спину ее толкнуло и резко прижало к койке – корабль начал разгон…

- Немного осталось, - Алена раскрыла глаза и посмотрела на Антона.

Вот уже час длится тот самый разгон, о котором говорил мужчина. «Будет неприятно? Он очень смягчил те ощущения, что я испытываю!» Но поделать ничего пока было нельзя. Дыша через раз, женщина вспомнила о сыне. Интересно, как он там?

***

- Евген, куда засмотрелся? – услышал Женя голос своего наставника.

Парень, вопреки желаниям своих родителей, все же исполнил мечту – стал военным космолетчиком! И уже успел даже повоевать и отличиться! Жаль, рассказать им об этом нельзя – военная тайна. Но он не забывал про них. Пусть общаться сейчас он не имел права – опять же в целях соблюдения секретности, но узнать, как у них дела, ему не запрещали. Особенно просто это было с отцом. Вот уж чью судьбу сложно сейчас не узнать – один из самых удачливых космогонщиков мира, шутка ли!

И сейчас он был максимально близко к нему – его подразделению приказали охранять сектор, где будет проводиться чемпионский заезд. Вот он и засмотрелся на возведение трассы будущего состязания, что не осталось незамеченным его командиром.

- Никуда, товарищ майор! – бодро отозвался курсант.

- Ну-ну. Понимаю, парень, - по-отечески заговорил Лайтини. – За отца переживаешь. Но на трассе ты ему никак не поможешь, а вот здесь – можешь. Чтобы ничего ему не помешало, мы обязаны выполнить свою работу максимально хорошо! И астероиды случайные обнаружить, и всяким уголовным элементам хвост прижать, если надумают здесь появиться. Так что не отвлекайся и продолжай мониторить сектор.

Женя кивнул и вернулся взглядом на экран радара. Работа хоть и монотонная, но необходимая и занимающая 90 процентов их времени. А отец… Он справится! Как правильно сказал его наставник – главное, чтобы никто ему помешать не смог.

Глава 19. Гонка

Долго на станции мне побыть не дали, почти сразу посадив на транспорт и отправив к месту будущей гонки. Только в полете я понял, что так и не увидел Алёну и не знаю на сто процентов, что с ней. На душе от этого стало только муторней. Попробовал связаться с Луизой и уточнить у нее, что с любимой, но та сначала только отмахнулась. Однако когда я пригрозил ей, что откажусь от участия в гонке, процедила сквозь зубы “жди” и уже через минуту мне транслировали видео, как моя римлянка сидит у начальницы в кабинете. Когда я спросил, почему ночью её не отправили домой спать, мне пожелали сосредоточиться на задании, а то она будет не в кабинете, а в открытом космосе ночевать.

Настроения это не прибавило, но хоть успокоило, что супруга жива.

- Мне сказали, - подсел Вадим, тоже летевший со мной, - что у нас будет всего четыре часа на подготовку корабля. Так что давай поспим, пока есть время. Силы нам завтра понадобятся.

- Сколько лететь? - уточнил я у сопровождающего нас охранника.

- Пятнадцать часов.

Ну, может, он и прав. Взглянув на уже устроившего поудобнее механика, я последовал его примеру.

***

17 часов до начала гонки

Окончание полёта Алёна встретила с огромным облегчением. Тяжесть, что давила на неё несколько часов, наконец, пропала, и наступила невесомость. Корабль перестал разгоняться и сейчас летел просто по инерции с набранной скоростью. Однако вскоре начал разворачиваться на 180 градусов, а потом - новый разгон, уже для того, чтобы затормозить. Но сейчас разгонный режим был уже меньше, и женщина хотя бы могла хоть немного двигаться, а не лежать пластом как амеба.

- Ты как? - зашёл Антон.

- Живая ещё, - усмехнулась Алёна.

- Пираты, наконец, отстали. Поняли, что ещё немного и уйти из зоны ответственности военной базы уже не успеют.