— Я так понимаю, Людочка, ты заранее отказываешься в космос лететь? — девушку спрашивает Игорь.

— Это почему?

— Так там вся вода такая. Только с самого начала все пьют свежую воду, а потом из системы очистки.

Разве она этого не знает? Кто угодно может не знать, только не студент и выпускник космического факультета. Вот так и различаются чисто теоретические знания и опробованные на практике. Это се ля ви в чистом виде.

Мы немного отдохнули, а затем Таша начинает свой доклад.

— Хренассе, ты монстра сочинила! — глаза Овчинникова никак не могут сползти со лба.

Куваев издаёт смешок. Все с уважением глядят на видеодоску с эскизом проекта.

Таша идеально соблюла циклопический стиль сооружений Байконура. Та же купольная башня, что и в Синегорске, только намного больше. Габариты купола «Ассемблера» в своё время я обозвал «чертовщиной в кубе». Вряд ли Таша сделала так нарочно, но получилось забавно. Глубина башни, высота и диаметр — всё получилось по тринадцать метров. Тринадцать двадцать пять, тринадцать сорок (метры и сантиметры), как-то так. Заодно и поглядим, как пойдёт дело, и имеют ли право на жизнь всякие глупые суеверия.

Байконурский вариант имеет более внушительные параметры: глубина и высота — по двадцать метров с копейками, диаметр — двадцать шесть.

— Ты задумала ракеты целиком штамповать? Не получится, ракета по определению — сборная конструкция.

— Предусмотрена возможность параллельного изготовления до полутора дюжин изделий, — пожимает плечами Таша. — Правда, при мультиварианте печать упрощается. При максимальной загрузке печать снизу и сбоку под прямым углом невозможна.

У-ф-ф-ф! Прямо камень с души. А то эта девушка меня пугать начинает. Хоть и в хорошем смысле.

— Но если изделия мелкие и их не больше шести, то все возможности сохраняются, — невозмутимо продолжает Таша.

— Хватит нас запугивать, — протестую под общий смех. — Чувствую себя, как в научно-фантастическом романе. Того и гляди через неделю ты мне конструкцию репликатора притащишь.

И директивным запрещающим жестом затыкаю ей рот. Во избежание. Под дружное веселье, нарастающее от её невозмутимого вида.

— Следующие задачи таковы:

1. Связь. Внутренняя телефонная. Внешняя сотовая, но надо обдумать контроль или цензуру. Возможностей свободного общения с внешним миром быть не должно. Болтун — находка для шпиона. Корпоративная закрытая. Это строго для нас — руководства Агентства. Разумеется, космическая, для связи с экипажами космических кораблей. Такая у Роскосмоса есть, надо просто туда войти.

2. Кабельное или спутниковое телевидение. Для всех.

3. Интернет через сильный фильтр. И только для просмотра. Неограниченный доступ исключительно для людей из списка.

— Айфоны будут под запретом, — завершаю свои хотелки. — Это для тебя, Игорь, и кадровой службы. Надо и базу подрядчиков создавать, и специалистов подыскивать.

После обсуждения, когда все ушли, подсаживается Дерябин и подаёт пару листов:

— Список комплектующих для импортных Боингов. Тех, без которых никак.

Изучаю бумаги недолго.

— Это замечательно. Ты вышел на авиакомпании, вошёл в контакт с руководством, но твой список куцый. Не указан срок службы, требуемое количество на самолёт, потребность в расчёте на год и тип машины.

Паша прячет легкую досаду.

— Ещё кое-что нужно. Образцы выработавших свой ресурс деталей.