– А вы не могли бы попросить ее? Кстати, где она?

– Думаю, вышла, чтобы присмотреть за работой кузнеца. Полагаю, что она в кузнице.

Дрейк тяжко вздохнул. Ему приходилось клещами вытягивать из старика каждое слово.

– А где находится эта кузница?

– В городе. Если хотите, я попрошу кого-нибудь проводить вас.

– И чем скорее, тем лучше.

Мериуэзер кивнул и вышел из конторы. Через несколько минут он вернулся в сопровождении управляющего складом.

– Филипп согласился проводить вас к мисс Селуин. А если в кузнице ее нет, то он отыщет ее.

Дрейк ничего не сказал, но твердо решил, что в случае отсутствия девчонки уговорит кузнеца немедленно отправиться на судно – даже если для этого придется расплатиться с ним алмазами.

Шагая рядом с Филиппом по небольшому поселку – Мериуэзер с важностью величал его «городом», – Дрейк то и дело поглядывал по сторонам. «Эти белые дома под красными черепичными крышами напоминают средиземноморские порты, – думал он, – но где же кузница?» Он уже хотел спросить управляющего складом, куда они направляются, но тут Филипп, прервав его размышления, проговорил:

– Вы быстро соображаете и быстро действуете, мистер Дрейк. Сегодня утром мы могли бы потерять нашу мадемуазель Тею, если бы не вы. Тысяча чертей, должно быть, добрый ветер прибил вас к берегам нашего острова.

– Вам удалось выяснить причину произошедшего? Управляющий покачал головой:

– Нет еще. Странное происшествие, верно? Дрейк не знал, что ответить, поэтому промолчал.

– Все грузы всегда укладывают одинаково, – продолжал Филипп. – Мадемуазель Тея настаивает на этом, чтобы обезопасить работников. Она у нас очень добросовестная.

– Так как же бочки могли свалиться?

– Вот уж не знаю. К этому должен был приложить руку очень сильный человек – но ведь такое трудно представить…

– А у вас нет никого, кто желал бы зла мисс Селуин? – спросил Дрейк, хотя был почти уверен, что на острове не могло быть такого человека.

Управляющий энергично покачал головой:

– Нет-нет, даже владельцы плантаций не захотели бы причинить ей вред.

Ответ управляющего насторожил Дрейка.

– Что вы имеете в виду, говоря «даже владельцы плантаций»?

Филипп улыбнулся, сверкнув белыми зубами.

– Мадемуазель Тея открыто высказывается против рабства, а такие идеи не всем здесь нравятся.

Управляющий выразился не совсем точно. Местные плантаторы могли существовать только за счет рабского труда, и многие из них, лишившись дешевой рабочей силы, почти наверняка разорились бы.

– Но ведь у нее хватает ума не заявлять во всеуслышание о своих аболиционистских убеждениях? – Задавая этот вопрос, Дрейк уже знал ответ.

– Нет-нет, она не признает осторожности. К тому же она не относит этот вопрос к политическим, а считает, что рабство нарушает закон морали, поэтому и отказывается молчать.

«Если это правда, – подумал Дрейк, – то очень странно, что она впервые столкнулась с опасностью только сегодня. А может, не впервые?» Он поделился своими опасениями с Филиппом, и тот ненадолго задумался. Потом отрицательно покачал головой:

– Думаю, вы ошибаетесь. Во всяком случае, раньше с ней ничего подобного не случалось. Ведь мадемуазель Тея помогает всем землевладельцам с перевозкой грузов. Им не нравятся ее убеждения, зато очень нравится прибыль, которую она им обеспечивает. Месье Мериуэзер очень хороший человек, но он не справился бы с морскими перевозками без мадемуазель Теи, и владельцы плантаций прекрасно это знают.