Меня такое предположение ничуть не обрадовало.

— Слушай, а может, сделают исключение и вопреки правилу объявят общий розыск до того, как истекут сорок восемь часов?

— Уже сделано, — кивнул Майк. — Детектив Уоллас, выступая от твоего имени, был весьма настойчив, — сказал он, выехав на шоссе.

— Вэл, я подброшу тебя на работу, а мы с Алекс рванем в Музей естествознания.

— Хорошо, — кивнула Вэл.

— Какие новости? — поинтересовалась я.

— На выходных наше подразделение в полном составе и ребята из отдела по работе с потерпевшими проверяли, имеет ли судимость кто-нибудь из музейного персонала по обе стороны парка.

— Нашли что-то интересное?

— Да не сказал бы. Из всех интересных нам лиц только за Анной Фридрих числится арест. Лет восемь назад — нарушение общественного порядка. Нечто вроде акта гражданского неповиновения. Задержана у здания ООН во время демонстрации протеста по поводу какой-то африканской политической чехарды.

Сдержанная дама-антрополог, по моим понятиям, никак не походила на радикалку.

— Еще нашли отпечатки пальцев Эрика Поста, — продолжал Майк. — Но без записей в базе.

— Что за этим?

— Обычный запрос на разрешение огнестрельного оружия, пять лет назад. Потом он, вероятно, передумал, то ли оружия у него никогда и не было, то ли просто не довел дело с оформлением документов до конца.

— Ага, ну как же, сын известного охотника.

— У остальных за душой ничего особенного. Лиц с криминально отягощенным прошлым единицы. Пара молодых сотрудников задерживалась в связи с наркотиками. Но дела замяты, и сейчас эти ребята под присмотром. Еще имеется в Метрополитен слесарь с длинным шлейфом краж, стайка мелких воришек и примерно по пять приводов в обоих музеях по факту физического нападения. Мы уже со всеми встретились, но из них никто, похоже, к нашему делу отношения не имеет.

Когда мы подъезжали к архитектурному бюро, где работала Вэл, запищал мой пейджер. На табло высветился номер Маккинни. Я взяла сотовый, чтобы перезвонить ему.

— Разве ваше управление сегодня не закрыто? — удивилась Вэл.

— Да, но если Маккинни сидит дома с женой и детками, — пустился в объяснения Майк, — стало быть, эта его дура не ублажает муженька минетами весь день напролет и у него есть время подумать о работе. Слыхали, какую очередную должность изобрели для Гюншер?

Я набрала номер и нажала кнопку соединения.

— Да уж, и эта ее новая роль еще более бесполезна даже по сравнению с предыдущей. Отдел по исполнению приказов о задержании, который так никого и не задержал! — хмыкнул Майк. — А как тебе аббревиатура ее нового подразделения? СУКА, или Служба учета контрабандной амуниции! Это ж просто сбор статистики по изъятому нелегальному огнестрелу.

— А этим разве федералы должны заниматься? Ведь это скорее относится к компетенции прокуратуры? — спросила Вэл.

— Так оно и есть. Просто нужно было подыскать для Гюншер какое-нибудь теплое местечко. Дать ей чисто номинальную должность и полную свободу ничегонеделания. Предполагается, что теперь после каждого изъятия у преступников огнестрельного оружия она должна звонить федералам и просить их проверить эту единицу оружия на предмет легальности. Такую работу и мартышка осилит.

— Но, может, все-таки не ми…

— Да Гюншер безвылазно торчит в офисе Маккинни и только и делает, что твердит ему, какой он гений. Короче, одна, но пламенная речь. Привет, Пэт, что случилось? — спросила я Маккинни.