Тем временем, как будто ощутив её взгляд на себе, Кэрри развернулась и пристально посмотрела прямо на неё. Джилл прекратила жевать, а её горло сдавило, словно в тисках, как только она представила те голубые глаза, смотрящие прямо на неё. Кэрри подняла руку в приветственном жесте, и Джилл в ответ сделала то же самое. И только после того, как Кэрри отвернулась от неё, Джилл снова смогла проглотить застрявший кусок сэндвича.

Черт, что же со мной творится?

Увы, ответ на этот вопрос так и не прозвучал. Вместо этого её охватило совершенно непреодолимое желание быть рядом с этой женщиной. И вскоре её желание сбылось, так как Кэрри направилась прямо к ней. Джилл суетливо вытерла рот салфеткой и сделала глоток воды.

«Привет, Джилл. Приятно увидеться с вами вновь», - поздоровалась Кэрри.

«Спасибо. Я вижу, сегодня у вас мольберт. Рисуете акварелью?»

«Нет. Цветной пастелью. Как правило, я использую альбом для рисования, но сегодня меня охватило вдохновение: вот я и решила заняться большой картиной. Я хочу изобразить деревья и озеро; возможно, добавлю на передний план утку или две. Если эта работа пастелью окажется удачной, тогда я изображу этот пейзаж акварелью». Затем она открыла свой альбом и вручила Джилл лист бумаги. «Вот. Думаю, может быть, вы захотите оставить это себе».

Джилл взяла лист, отмечая, что это тот же самый рисунок, который она видела вчера, рисунок, на котором была изображена она, сидящая на скамейке в парке. Кэрри добавила в него характерные черты её лица, так чтобы не было никаких сомнений в том, что на нем изображена именно она, а не какая-то случайная женщина из парка. Он был прекрасен.

«Спасибо. Он великолепен».

«Ну, у меня была прекрасная модель».

Джилл улыбнулась, не зная, что и сказать.

Из своей сумки Кэрри достала половинку батона хлеба. «Я собиралась пойти покормить уток. Не хотите пройтись со мной?»

«Конечно, - Джилл встала, указывая на мольберт: - С ним всё будет в порядке?»

«Сомневаюсь, что кто-то захочет попинать его», – произнесла Кэрри.

И они пошли по тропинке, направляясь к маленькому пирсу, к которому были привязаны водные велосипеды и байдарки. Весной и летом, пришлось приложить бы немалые усилия, чтобы найти хотя бы один из них свободным, так как озеро было бы просто забито ими. Но сегодня - в этот холодный январский день, никто не отважился бросить вызов воде.

«Вы знаете: я все ещё не могу решить - в какое же время года мне больше всего нравится находиться здесь, – сказала Кэрри. - Я люблю тишину и спокойствие зимы, как сегодня. При этом я скучаю по яркой весенней и летней зелени. Когда я изображаю зиму, то пытаюсь найти в ней что-то яркое, что-то красочное, как одна из тех красных байдарок на воде».

«Раньше я никогда не встречала вас здесь, но полагаю, что вам хорошо знакомо это озеро», – произнесла Джилл.

«Да, это так, хоть я и не часто прихожу в парк, особенно летом. Уж слишком много детей носится вокруг, – произнесла Кэрри. - Не то, чтобы я имею что-то против них. Просто они такие… такие шумные», – с улыбкой пояснила Кэрри.

«Да это так, тут я с вами полностью согласна».

Кэрри улыбнулась. «Позвольте задать вопрос. У вас есть дети?»

Джилл кивнула: - «Дочь».

«О, подумать только».