Вот только Дос позиционирует себя, как артиллерийский штурмовик! С одной, сцука, пушкой средней. Смешным боезапасом и динамикой, и маневренностью утюга, причём не нашего, а гладильного.

И торгуются, причём бодро так, оценил я. За два мегакреда ушёл. Я в свете цены первого лота начал волноваться — ну если за отстойное и унылое гавно, красная цена которому тридцать килокред, и то, только за броню — ободрать, вывалили пару мегакредов, то мне вообще денег-то на Рекскесер хватит?

Тем временем аукцион продолжался. Купили гравгенератор для среднего Доса, которые у нас на всех стоят. Процентов на двадцать пять дороже, чем мы брали на аукционе сетевом. Впрочем, я брал пак из семи генераторов, одним лотом, напомнил я сам себе.

Потом ещё один какой-то дурацкий Дос, ни говядина, ни морепродукт, купили за полтора мегакреда.

И вот подходил лот Эгиды, не вполне археотеха, но и не вполне наоборот. Очень технически выверенное решение, здоровенный и широкий Дос напоминал одоспешенного гнома видом и пропорциями: низкий, с короткими ходилками, скруглённый — ну, как доспехам и полагается быть, если носитель за понты жизнь не готов отдать. Так вот, Эгиду клепали, хоть и редко, но в текущем времени. Одно «но» — пихать в него надо было археотехнический реактор и такие же генераторы щита. Можно и современные аналоги, благо к модификации Дос относился нормально. Вот только из щитовика, способного обеспечить корабельный уровень защиты небольшому отряду, Эгида без археотеха становился совершенно бестолковой фигнёй, защищающей только себя. В принципе — и такое применение допустимо, выпнуть такой Дос как снарядоуловитель, постреливать из-за него и радоваться. Но только тяж в такой роли использовать предельно нерационально.

А тут Эгида была правильный, проверенный, на гарантии — без шуток, аукционеры в условия участия аукциона чуть ли не жопу свою в залог ставили. Ну, жопы мне ихние даже на пинки не сдались — за такие деньжищи-то! Но на деньги в случае брака эти ребятушки влетали просто космические. Причём добровольно и с песней, что внушало надежду на высокое качество продаваемого.

Но Дживса я всё равно на него напустил, был уверен, что «усё у порядке, шеф!», так что грозно замахал лопатой на ведущего, как только объявили лот.

— Вижу капитан вольного отряда, Ан Дрей, заинтересован в приобретении этого прекрасного Доса. Настолько, что не… впрочем неважно, — правильно оценил мою физиономию и жесты трепач.

Ну реально, продолжил бы нести херь — лопата бы в его варежку влетела, мало бы не показалось.

— Итак, капитан Дрей: пятьсот пятьдесят килокредов. Кто больше?

И вот тут я реально офигел: ставок не было! Ну почти: пара каких-то хлыщей задрали цену на десяток килокредов. А покупатели, на которых я внешне равнодушно, но внутренне недоумевая взирал, кивали мне и в сторону акуциониста. Кто-то равнодушно, кто-то благожелательно. Нихера не понимаю, но спасибки, мысленно поблагодарил я, да и покивал в ответ.

— Ставка капитана Дрея пятсот девяносто килокредов за этот замечательный Дос, могущий стать жемчужиной вашей коллекции! Ваши ставки, почтенные лорды? — выдал аукционист, подождал с минуту. — Ставок больше нет. Лот шесть сегодняшнего аукциона, тяжёлый Дос «Эгида» продан капитану Ан Дрею за пятьсот девяносто килокредов!

Реально продали, хмыкнул я, отметив на крабкоме соответствующие копошения со счетами. Потыкал в сведения о доставке — ну хоть тут надо было общаться не гонцами на пергаменте, сгодились и сетевые данные.

— Нихера не понимаю, но не могу сказать, что это неприятно, — констатировал я, обменявшись с девочками непонимающим взглядом, потянувшись на кресле.