— Вот это позволит вести с вашими тупыми головами цивилизованный разговор.

Он быстро глянул через плечо, чтобы убедиться, что лисята не выползли из своей норы. Нелепость ситуации была очевидна. Она приближалась к мелодраме. С пистолетом напоказ, Джо перешел границы дозволенного.

Щеголь рассыпался в извинениях за то, что закидал ботинки Джо грязью:

— Я куплю вам пару новых, — предложил он.

— О, в этом нет необходимости. — Уиндер прицелился в бульдозеристов, но не знал, с чего начать; их тяжелые грудные клетки казались непробиваемыми для пистолетного огня.

Ленивый шофер спросил:

— Ты решил нас уложить?

— Нет еще, — сказал Джо, — я думаю.

— Эй, нет нужды стрелять. Ты только скажи нам, какого черта ты хочешь.

— Я хочу, чтобы вы убрались отсюда вместе со своими бульдозерами к такой-то матери.

19

Было девять, когда послышался стук в дверь. Джо Уиндер сидел в темноте на полу комнаты. Он вытащил обойму из пистолета, а патроны из обоймы. Полный заряд, шестнадцать патронов. Он выставил на подоконнике ровный ряд этих медноголовых солдат.

Стучащий не уходил. Уиндер поднял пустой пистолет, подошел к двери и выглянул в «глазок». Он увидел пышные блестящие белокурые волосы. Прическа не такая, как у Нины, и светлее. Когда женщина уже развернулась, чтобы уходить, Уиндер молниеносно отпер дверь и затащил ее внутрь.

В темноте Керри Лейнер глубоко вздохнула и сказала:

— Я надеюсь, это ты.

— Это я, — сказал Джо.

— То, что я видела, это был пистолет?

— Боюсь, что так. Мои дела повернулись к худшему.

Керри сказала:

— Поэтому я и пришла.

Уиндер увел ее в комнату, где они сели между двумя большими картонными коробками. Единственный свет, который был в комнате — янтарный отблеск от стереоприемника.

— Где твоя подружка? — спросила Керри.

— Убралась.

— Мне жаль. — Она с секунду помолчала, потом, всматриваясь в него, спросила: — Это берет?

— Трусики, — сказал Джо. — Ты не поверишь, это все, что она мне оставила. Дешевые, к тому же. Почтово-заказная чепуха, которую она продавала по телефону. — Он стащил нижнее белье с головы, чтобы показать ей дрянной шов.

— Да, у тебя не лучшие времена, — сказала Керри. — Я не знала, что она ушла.

— Ну, я чувствую себя великолепно. Прекрасно приспособился к одиночеству. Сижу здесь в темноте в своей квартире, с пистолетом на коленях и с панталонами на голове.

Керри стиснула его руку.

— Джо, ты на наркотиках?

— Нет, — ответил он. — Приятно удивлена, да?

— Я думаю, ты должен пойти ко мне.

— Зачем?

— Потому что, если ты останешься здесь ничего хорошего не случится.

— А-а. — Уиндер собрал патроны с подоконника и затолкал их в обойму. — Ты, должно быть, имеешь в виду Педро Луза.

— С Волшебным Королевством покончено, — сказала Керри, — но я говорю о причинах, по которым тебя могут убить.

— Мистер Кингсбэри не убивает своих бывших служащих, не так ли?

Она придвинулась ближе:

— Это не шутка. Дело в том, что ты — номер один в списке Педро.

— Так скажи же, в чем дело.

— Джо, я ведь хожу повсюду. Проведи день в шкуре Енота, люди забудут, что внутри живой человек. Я тоже должна быть невидимой.