— Поклянись!

— Клянусь!

— Клянись головой твоей матери!

— Клянусь.

— Головой твоей матери?

— Откуда ты эту клятву выкопала?

Снова и очень настойчиво зазвенел звонок.

— Клянусь, клянусь головой моей матери, — прошептал он, и они на цыпочках вышли в прихожую.

Пока Ал быстро и бесшумно одевался, Эди посмотрела в замочную скважину и, кивнув Алу, спросила хрипло:

— Кто там?

— Э-э-э… Мы ищем начальника полиции Карбайда, миссис Крамнэгел, — ответил голос. — Можно мне войти?

— Кто вы такой? Вы из полицейского управления?

— Не совсем… Мы… мы помогаем полиции.

— Помогаете полиции? Неужели наша полиция стала настолько беспомощной, что ей приходится помогать?

— Видите ли, в городе произошло очень серьезное вооруженное ограбление. Все ищут Карбайда.

— Почему бы вам не заехать к нему домой?

— Миссис Карбайд заявила, что его не было дома всю ночь.

Разинув рот, Эди бросила разъяренный взгляд на уже почти одетого Карбайда, тот лишь раздраженно пожал плечами.

— Что вы сказали? — спросил голос за дверью.

— Я ничего не говорила вообще, — отрезала Эди.

— Вы еще не сказали мне, кто вы такой.

— Я — Батч Креновиц, из газеты.

— Из персонала Реда Лейфсона?

После минутной заминки голос ответил: — Ну да, иногда я и с ним работаю. Нам, значит, сообщили, что вас видели с Карбайдом за ужином в «Серебряной шпоре», вот мы и подумали, что вы, может, знаете, где он сейчас.

— А я вот не знаю, — ответила она резко. — Но хотела бы знать, какое вы имеете право стучать по ночам в дверь к чужим людям.

— Да я и не стал бы стучаться, сударыня, не увидь я у вас света, а так я решил, что вы уже встали.

Застегнув «молнию» на брюках, Ал попытался поцеловать Эди на прощание, но она оттолкнула его. Он было посмотрел на нее волком, но сдержался и пошел на цыпочках в кухню, завязывая на ходу галстук.

— Я что-то не расслышал ваших последних слов, — заявил голос.

— А я ничего и не говорила, — отрезала Эди. — По-моему, вам пора убраться отсюда и оставить меня в покое. — Тут она вдруг вспомнила, что должна задержать репортера как можно дольше.

— То, что я ужинала с мистером Карбайдом, лишь воздает честь прекрасному человеку…

— Это кому же? Миссис Карбайд?

— С вашего позволения, я говорю о мистере Карбайде! — пролаяла Эди. — После всего, что случилось, мистер Карбайд не хотел, чтобы я чувствовала себя одиноко и скверно в тот день, когда его назначили начальником полиции… Поэтому он и пригласил меня поужинать.

— За пределами штата?

— Он пригласил меня поужинать, — Эди уже вошла в форму и выплевывала ядовитые слова с привычной ядовитой интонацией и в привычном темпе. — Я приняла приглашение. Некоторое время спустя он сказал мне: «Эди, это было чудесно, но теперь мне пора возвращаться к Эвелин». Он отвез меня домой, а затем…

— В таком случае вы расстались буквально несколько минут назад, потому что его дома еще не было.

Слова репортера прервал злобный собачий лай.

— О, вот теперь мне пора! — весело воскликнул репортер. — Да, и еще: для американки вы очень хорошо исполняете танец живота, миссис Крамнэгел.

Прислушиваясь к лаю собак, Эди внезапно улыбнулась.