– Она сказала, что продолжит работать, да? – уточнил он, но тут же в его голосе появилась твердость, он произнес четко и прямо: – Я не отступлюсь.

«Видимо, дело в ком-то третьем», – подумал Судзуиси.

В управлении безопасности Судзуиси постарался прояснить слухи о любовнике Фудзико – певце с пронзительно высоким голосом. Оттуда пришел ответ: «Он находится за границей». Вероятно, глава консервативного крыла, тайно прибегнув к услугам бандитской группировки, запугал его. Скорее всего, чтобы не вызывать подозрений, эта группировка наняла каких-нибудь громил-азиатов, не вникавших в подробности. Похоже, предписания Манифеста о реставрации императорской власти выполнялись и в тех сферах, которые находились вне компетенции Судзуиси.

Если отношения Фудзико с этим певцом уже прерваны, у нее нет никаких причин сердечного свойства отклонить предложение его высочества. Значит, она просто остановилась в нерешительности перед рекой, перейдя которую она уже не сможет вернуться. Ее колебания вполне понятны. Работу в ООН легко бросить, если она надоест, а став супругой наследного принца, будешь ею всегда. Но Фудзико явно предпочитает продолжать работу. «Значит, – подумал Судзуиси, – есть возможность убедить ее, что быть супругой наследного принца – такая же работа». Если она считает своим призванием быть сотрудником ООН, надо пояснить ей, что работа членом императорской семьи может стать отнюдь не худшим предназначением. «Остается только этот способ», – сделал вывод Судзуиси.

Наступил ноябрь. Судзуиси посетил семью Асакава и попытался убедить Фудзико. Удостоверившись, что она твердо решила продолжать работу в ООН, Судзуиси указал на некоторые сложности, возникающие при этом:

– Наследный принц часто принимает иностранных гостей. Как сотрудник ООН, вы также встречаете гостей из связанных с ООН организаций, работаете переводчиком. Иначе говоря, вам все равно придется встречаться с его высочеством.

Фудзико вежливо кивала, соглашаясь с доводами Судзуиси.

– Я очень хорошо вас понимаю, – отвечала она.

– Разумеется, я не могу никому говорить о том, что наследный принц сделал вам предложение. Мне следует держать рот на замке ради светлого имени наследного принца и его будущей супруги, а также ради вашей спокойной жизни. Если пройдет слух, что вы отказали его высочеству, многие отнесутся к вам недоброжелательно. Когда вы будете выходить замуж, вам также следует сохранять это в тайне. От вас требуется всю жизнь вести себя так, будто ничего и не было.

– Как будто ничего не было, да? – настороженно переспросила Фудзико.

Судзуиси пытался говорить с ней как с ребенком, чтобы его слова не казались угрозой, но, похоже, Фудзико разгадала его намерения.

– Да. Разумеется, и его высочеству нужно будет вести себя так, будто ничего не было. Даже если он увидит вас во время официальной встречи.

– Его высочеству из-за меня придется испытывать дополнительное неудобство.

Судзуиси молча кивнул в ответ на слова Фудзико. Обычно молодые женщины думают только о себе, но она могла представить, каково будет ее собеседнику. Возможно, это прекрасное качество воспитано в ней, или же оно присуще ей от рождения. Судзуиси неоднократно ловил себя на мысли, что ему хотелось бы видеть среди своих подчиненных такую женщину. Даже подумалось: если бы наследный принц сам не обратил на нее внимание, он, Судзуиси, выбрал бы ее для него. Когда работники административных учреждений интересуются только своим продвижением, они теряют простой здравый смысл и превращаются в равнодушных обывателей. Все уже привыкли, что дипломаты не задумываются о том, чтобы вести самостоятельные переговоры, а слепо следуют американскому политическому курсу.